Измена. Я все равно тебя верну

Ты сама решила задержаться в моем доме, навешала лапши моим родственникам.

– Найди себе другую дуру, понял! Я никогда не позволю к себе прикоснуться! Никогда! – меня трясет от ярости и ужаса.

Как он посмел мне предложить такое? Родить ребенка от него – всё равно что от… Нет, никакого сравнения не будет достаточно!

– Найти не проблема, – спокойно отвечает Абашев. – Сердце ты мне не разбила своим отказом. Меня волнует лишь то, как объяснить теткам весь этот балаган. Понимаешь, они дамы довольно упертые, как и Валентина.

Если что-то вбили себе в голову, потом очень трудно их разубедить. Мне жаль тратить время на это. Поэтому решил, раз уж так сложилось, что ты взяла на себя миссию по вынашиванию моих детей, то неплохо бы притянуть тебя за базар.

– Ты хоть сам слышишь, как это отвратительно звучит?!

– По мне, звучит нормально. Есть суррогатные матери, а ты будешь еще и суррогатной женой, – говорит деловым тоном, словно обычную сделку совершает, а не решает судьбу живого человека.

– Мне жаль тебя! Ты, видимо, не имеешь понятия, что такое настоящие чувства!

– Я хорошо знаю, что купить можно что угодно и кого угодно.

Если встречу вдруг свою любовь, то дам тебе хороших отступных, Софья. В любом случае будешь в выигрыше. Станешь хозяйкой своей судьбы. Сможешь уйти от беспросветности своего существования.

– Что ты обо мне знаешь?! Как смеешь судить? Убирайся, – я на последнем издыхании, на грани истерики. Как мне остановить поток этих кошмарных слов?

– Вы все на дне. Тебе требуется помощь.

Даже если забьешь на Артёма, ваш дом скоро отберет банк. Твой папаша должен всему городу. Скоро вас будут преследовать кредиторы, коллекторы. Поверь, кто-нибудь из них решит, что неплохо бы взять плату твоим юным телом. Я же предлагаю тебе статус моей жены, обеспеченность и свободу твоему брату. Будешь под моей защитой и охраной, а всё, что от тебя потребуется, это пару раз раздвинуть ноги. Хотя, для начала, надо будет провести медицинское обследование. Узнать, пригодна ли ты к материнству или только языком трепать умеешь.

– Ты омерзителен! Конченая мразь! Уходи отсюда! – От стресса, ярости и боли в голове всплывает весь запас матерных слов, которыми пользуется отец, когда сильно пьян. Эти слова не приглушают боль, лишь распаляют. Карим прав, я на дне. Сейчас в таком отчаянии, что сама готова схватиться за бутылку.

Абашев уходит, ничуть не показав эмоции, весь такой же отстраненный. Я же падаю на постель, захлебываясь слезами.