Измена. Я тебя прощаю (СИ)

Но она идёт следом…

— А ты? — спрашиваю я без особого интереса, просто чтобы спросить. Всё равно она уже зашла ко мне, не забыв плотно прикрыть за собой дверь.

— Меня родители забрали.

Я удивлённо на неё посмотрела.

— Твой муж сказал, что я у вас не живу, а живу непонятно где и непонятно с кем, поэтому меня забрали домой, — выговаривает мне претензию.

— Это не ко мне, — пытаюсь её перебить.

Но она настроена решительно. Готовилась наверное, в отличие от меня.

Стоит передо мной, кулаки сжимает. Щёки пылают от злости.

В глазах ярость и ненависть мне незнакомые. Как будто не моя сестра передо мной сейчас стоит, а совершенно незнакомый человек. С этой я точно в куклы не играла.… Когда она такой стала? Почему я этого не замечала?

Я точно дура.

Не вижу ничего дальше своего носа и надеваю розовые очки едва проснувшись, прежде чем открыть глаза. Эля мне постоянно об этом говорит.

— Меня выдают замуж…

— Это не ко мне, — опять перебиваю её.

— Меня замуж выдают за жениха, от которого ты отказалась, — истерично продолжает она.

— Это не ко мне, — повторяю я и начинаю жалеть, что приехала сюда, — разговаривай с родителями.

Она не слышит меня.

— Почему тебе всегда достаётся всё самое лучшее? С детства слышу какая у нас замечательная и талантливая Динарочка. В лучшем коллективе республики работает, в ГИТИСе учится и мужа себе самого лучшего выбрала. Сама выбрала — тычет в меня пальцем, я отклоняюсь интуитивно, хоть она и не достаёт до меня. — Почему мне всё после тебя достаётся? Это нечестно! Я вещи твои с детства донашиваю, потому что Динарочка, ну такая аккуратная.

 — Кривляется. Смотреть противно. — После неё всё, как новое. Зачем же покупать, деньги тратить? Сейчас мне папа предлагает машину твою забрать. Потому что Петя, жене своей любимой, новый «Мерс» подогнал. А мне и старьё пойдёт!. Квартиру мне тоже никто не торопится покупать. А зачем? У тебя же квартира есть, а мне зачем? Даже жениха, от которого ты отказалась, мне сейчас впаривают… — переходит на крик. — Я сама хочу себе жениха выбирать!

Олли встаёт в боевую стойку рядом со мной и начинает тихо рычать.

Лала вынуждена отступить к двери.

Дышит тяжело. Красная вся.

А меня раздирают противоречия: мне ей сейчас и нахамить хочется и жалко её …

Меня всегда родители держали в ежовых рукавицах. Я до замужества, выйти из дома без уважительной причины не могла. Любой мой шаг должен был быть одобрен и проконтролирован родителями.

Я вздохнула, когда из дома уехала. Человеком себя почувствовала.