Измена и месть. Ты слишком ничтожна, жена!

Когда я поделилась этим с Амадеем, он сообщил новость:

— Ваш муж поссорился с одним своим товарищем, и, кажется, они собираются устроить дуэль послезавтра.

— Дуэль? — я изумилась. — Разве они не запрещены?

— Запрещены еще как! — ухмыльнулся молодой человек. — Но вы же знаете Себастьяна. Он открыто флиртовал с чужой женой и, похоже, доигрался.

Я лишь кивнула. Уж его похотливость и ненасытность были мне хорошо известны, но душу охватила злость.

— Почему, — не удержалась я от вопроса, — на столь разнузданное поведение мужчин никто не обращает внимания? Почему его не накажет король, почему его не перестанут принимать в обществе?

Амадей посмотрел на меня с удивлением.

— Дорогая Делия, неужели вы этого не знали? Впрочем… вы святая женщина, откуда вам знать о подобной грязи? Да, наше общество прогнило. Мужчинам позволяется ходить налево сколько душе угодно, хотя и не все пользуются этой свободой. Более того, аристократы даже гордятся своими похождениями, так что… никто за это их не накажет, разве что какой-нибудь разъяренный муж.

Он сделал паузу, внимательно наблюдая за моей реакцией, а затем продолжил:

— А вот с дамами все иначе. Если аристократку уличат в измене — это неизбежно обернется скандалом. Ее муж будет опозорен. Это негласное табу. Хотя… женщины тоже изменяют, только стараются делать это втайне.

Меня передернуло.

Какие ужасные порядки. Жуткие! Несправедливые! И противные до отвращения…

Но в этом мире, кажется, никого это не беспокоило.

К обеду мы с Амадеем закончили обсуждать рабочие планы, и он предложил мне зайти в кофейню, чтобы немного перекусить.

Я не видела в этом ничего предосудительного, поэтому согласилась.

Кофейня находилась буквально напротив, так что мы быстро перешли дорогу и заняли столик в центре.

Официанты принесли нам угощения — свежие булочки с ванильным кремом и ароматный кофе.

Амадей был в прекрасном настроении, рассказывал какие-то забавные истории, и я невольно улыбалась. Давно не чувствовала себя настолько спокойно.

Но в следующий момент все изменилось.

Меня накрыла чья-то тень.

— Какого черта здесь происходит? — раздался до боли знакомый разъяренный голос.

Я медленно подняла голову.

Передо мной стоял Себастьян, и он был в ярости.

Его глаза метали молнии, кулаки были сжаты так сильно, что костяшки побелели.

Я поняла, что он еле сдерживается, чтобы не устроить скандал прямо здесь.

Но мне было все равно.

Я не собиралась бояться.

— О, Себастьян, — лениво произнес Амадей, откидываясь на спинку стула.