Измена. Чужая истинная (СИ)

Да у меня вообще в голове полнейший сумбур. Пропускаю пальцы сквозь влажные волосы."

"Имя… Представляю перед мысленным взором надменное лицо Иниса. Интересно, ему хотя бы сообщат о том, что у него родился сын?

– Обычно новорожденному дракону имя даёт отец, – начинаю осторожно. – Наверное, будет неправильно мне принимать это решение самой, и надо бы посоветоваться… если ты конечно не против…

Поднимаю на Сардара глаза, и тут же прикусываю язык. Зря я это ляпнула, ой, зря! Да только уже поздно.

Сардар прищуривается:

– С кем?

– Что?

– С кем именно ты собралась советоваться?

Его взгляд прожигает насквозь, а близость давит.

Ведь ему прекрасно известно, кто отец моего ребёнка. А раз так – зачем он спрашивает? Издевается? Молчу, глядя на него исподлобья. Сардар, наоборот, поднимает подбородок, смотрит на меня из-под полуприкрытых век:

– Серьёзно? Думаешь, я стану спрашивать Тайтона? – в голосе дракона появляются ледяные нотки.

Вскидываю на него разъярённый взгляд:

– Как ты смеешь? – шиплю возмущённо, а у самой щёки горят огнём.

Приподнимаюсь на подушках. Бездна! Как же хочется дотянуться до него и влепить пощёчину! Хлёстко и звонко! Чтобы стереть надменность и спесь с его высокомерного лица!

Если бы не сын у него на руках, клянусь, так бы и сделала, несмотря на своё состояние!

– Это ТЫ как смеешь? – от голоса дракона у меня мурашки по коже.

– Ты сам спросил про имя, – голос дрожит от обиды, – я ответила!

– Что имя сыну даёт отец? – усмехается Сардар. – Да будет так!

Растерянно наблюдаю за тем, как дракон встаёт, по-прежнему с младенцем на руках, и идёт прочь, не оглядываясь.

Легко удерживая малыша на одной руке, второй рукой Сардар открывает балконную дверь и выходит.

Комнату наполняет удалённый гомон толпы. Боже, да что там стряслось? Никогда такого не было!

Поджимаю губы и вытягиваю шею, пытаясь рассмотреть, что происходит.

– Ах!

Дракон останавливается у самого ограждения и поднимает моего сына высоко над головой. Что он делает? Хочет сбросить его вниз?

Вот же Бездна!

Раздаётся жалобный детский плач, от которого у меня болезненно сжимается сердце. Проклятье!

Подгоняемая отчаянным материнским страхом, спускаю ноги с кровати и встаю. Пошатываюсь.