Машенька и опер Медведев (СИ)

"

"Останавливаюсь на крыльце, поглядывая на группу курящих недалеко мужчин. Замечаю там того самого смешного и нелепого Кролькова. А через пару минут подходит Айдаров, держа в пальцах сигарету, что-то эмоционально рассказывает им. Смеются...

Медведева нет.

На полуслове Айдаров замирает, заметив меня.

Выбрасывает сигарету, улыбка стекает с лица. Ну вот... То самое ""стыдно"". Когда есть внятное ощущение, что он в курсе всех некрасивых деталей. Мне чувствительно больно в животе, от его этого ""знающего"" взгляда. И я опять не могу определиться: кто кого обидел - Миша меня или я его.

Айдаров забегает на крыльцо, не глядя бросает ""Доброе утро"" и берётся за длинную деревянную ручку на двери.

Скрип пружин...

- Лев!... - решаюсь я.

Медленно разворачивается.

- Извините, - опускаю взгляд. - Как мне найти Медведева?

Оглядывает меня с сомнением. И я уже готовлюсь дать ему вежливый отпор на вопрос ""зачем?"". Строго хмурюсь. Но он не задаёт его.

- Он в кофейне, Маша, - кивает на вывеску через дорогу.

- Спасибо.

Сбегаю с крыльца. Перехожу дорогу, переступая через  уже   протоптанный сугроб. Где мой огромный мишка переносил меня на руках. И так мне щемяще и тоскливо...

Ну вот почему он такой злой гад?! Ведь умеет же быть плюшевым.

Стою перед дверью кофейни, набираясь смелости и решительности. И пытаясь понять - перед кем я сейчас буду извиняться. Перед моим плюшевый, весёлым и ласковым. Перед совершенно чужим, грубым, резким и ядовитым. Или вообще перед третьим - расстроенный, потерянным и болючим, как его поцелуй в висок.

Открываю дверь.

А там... вообще четвёртый!

Мы встречаемся взглядами.

В моем горле образуется не проглатываемый ком. Я несколько раз сглатываю слюну. Потому что эта.... курица!... стирает с его лица свою помаду. И вообще он потрёпан и не брит. Словно ночевал не дома. Даже куртки не снял...

Он выворачивается из её куриных лапок с длинным острым маникюром. Брови удивлённо дергаются вверх.

Мою грудь сводит от спазма... Мне хочется порыдать, развернуться и сбежать.

Но.

И я как пьяная иду в их сторону. Сердце оглушающе грохочет в груди. Язык прилипает к нёбу.

Молча сажусь третьей за стол.

- Доброе утро... - шепчу я, глядя ему в глаза.

- Маша...

Ну вот, давай: ""Извини и бла-бла-бла... незаслуженно оскорбила."". И бегом отсюда!

Но мой рот выдает нечто другое. Совершенно неожиданно для хозяйки.

- Хотела извиниться за пощёчину, - подрагивает мой голос.