Изгой

Некоторые сомнения и неправильные толкования – есть, и я их вижу. Вполне возможно, что ты искренне заблуждаешься в оценке тех или иных событий и в их последовательности. Но это, в принципе, объяснимо – не каждому человеку удаётся выпить столько зелья Забвения – и остаться в живых! О таком никто из нас даже и не слышал никогда! Тебе повезло, да…

– Может быть, – осторожно вставляю свою версию, – дело не в везении?

– А в чём же?

– Тот, кто пытался провести нужный ритуал, попросту что-то перепутал. Или и вовсе не знал.

Монах задумывается.

– Возможно… Мы подумаем над этим. Но сейчас – вернёмся к тебе. Почему ты убил графа? Ведь он, насколько я знаю, уже не имел возможности к сопротивлению?"

"– Странный вопрос! – пожимаю я плечами. – А тот факт, что он на моих глазах убил нескольких моих солдат и пробовал убить меня – он вас не удивляет? По-моему, каждый, кто поднимает оружие на человека, должен быть готов к тому, что может погибнуть и сам.

– Страшные слова ты сейчас произнёс… – качает головою монах.

– Я неправ?

– В том-то и дело, что прав… Но этих слов уже давно никто не произносил в наших стенах. Я имею в виду – из тех, кто живёт за ними. Ты взвалил на себя тяжкую ношу!

– В смысле?

– Определить вину и назначить наказание – это удел очень немногих! Риск ошибки слишком велик! Было бы понятно, если бы ты убил его для того, чтобы одержать победу в битве.

– Ну и для этого, разумеется, тоже…

– Но сказал-то совсем другие слова! А то, что сказано первым – идёт от сердца.

Монах задумывается.

– Мы не станем тебя удерживать. Пока для этого нет никаких оснований. Тебе нанесли тяжкий урон, от которого, возможно, и не суждено уже никогда оправиться. И поэтому некоторые проступки вполне объяснимы – и неподсудны. Но я вижу изменения в твоём сердце – и они меня страшат!

– Что же мне, покорно ждать, пока меня зарежут, что ли?

– Церковь не может дать такого совета! Каждый человек может – и обязан защищать себя и своих близких!

Что-то я совсем запутался… Странные постулаты у здешних батюшек… Вместо «подставь другую щеку» – обязан защитить себя и близких.

– Чем ты собираешься заняться?

– Своим ремеслом, чем же ещё? Ну и…

Рассказываю ему об объявлении, которое слышал от глашатая.

– Что ж, – неожиданно соглашается монах. – Найти разбойника – благое дело. А вернуть украденное хозяину – тоже правильный поступок.