Изгой

С одной стороны – явно не хочу быть узнанным, и поэтому скрываю ауру. А с другой – таскаю недешёвую одежку и хожу с таким сопровождением. Богатый и влиятельный, но не слишком умный, клиент. Понятно, кстати, отчего все закупки вел либо сам усач, либо кто-то из сопровождающих. Они свои, их не особо надуешь, и конфликтовать со стражей – не самая разумная политика."

"– И для чего же вы её используете?

Понимаю, что выгляжу лопухом, но мне на это как-то вот начхать. Важно совсем другое.

– Ну… Боль снимать можно…

– А почему вы тогда не среди травников?

Заёрзал мужик.

– Так я ведь не только белоглазкой торгую! Вон – нитки, иголки тоже есть…

– А подайте-ка мне эту самую белоглазку!

Так.

Стручок. Немного непривычного вида. Разламываем – ага! Уже понятнее. Принюхиваюсь, лизнуть бы его…

– Мы ей нитки натираем… никакая живность их после этого не грызёт… и зверя это отпугивает.

Ну, честно говоря, и я тоже не припоминаю случаев, когда собаки ели бы острый перец.

– Вода есть?

Мужик с готовностью вытаскивает откуда-то глиняную кружку и наливает туда из горшка воды. Опускаю туда разломанный стручок. Выждав немного, пробую воду на вкус.

Так… это уже кое-что!

– Вот что, любезнейший… Как, кстати, вас зовут?

– Агон я… из Кропалей будем…

– Стало быть, Агон из Кропалей, так?

– Так.

– И сколько же у вас этой самой белоглазки, любезный Агон?

Как я и предполагал, с продажей этой самой белоглазки не всё было чисто.

Шорник, торгующий травами и кореньями – это, как минимум, нехилый штраф и обоснованные претензии от старшины травников. И продавец про это знал – оттого и нервничал. Если бы не крайняя нужда в деньгах – хрен бы он на это пошёл. Понятное дело, что знал об этом не только он один. И именно поэтому, поблизости тотчас же нарисовался старшина кожевенного ряда.

Коррупция!

Она, как оказалось, и здесь вполне себе здравствует!

Жаль, что стражники этому воспротивились – в их планы это явно не входило. Хотя желание – имелось, и это было очевидно.