Избранница Хозяина холмов

— Ниннах де ла Исла, — её голос оказался чуть простуженным. Это и неудивительно в такую-то скверную погоду. — Прошу вас пройти со мной. Его величество желает с вами познакомиться.

(ниннах — обращение к незамужней девушке)

Я переглянулась с Лелией напоследок, жалея, что она не может пойти со мной, и отправилась за терпеливо дожидающейся меня женщиной. Как бы ни мало мне хотелось встречаться с монаршим семейством, а непочтение в первую очередь скверно скажется на отце.

Я успела только краем глаза заметить, как помощница за спиной осенила меня знаком покровительницы всех женщин — Мелиасы.

Как на сражение меня отправляет, честное слово!

Служанка проводила меня в малую приёмную короля Каллума, предназначенную для встречи с самыми важными гостями. Это, наверное, должно было польстить, но я слишком хорошо знала нравы наделённых властью людей, чтобы верить такому открытому жесту расположения. Обычная дань вежливости. Может быть, даже пыль в глаза.

Отец дожидался меня снаружи. Внутри же, за высокими резными дверями, слышались приглушённые мужские голоса.

"

"— Пойдём, его величество готов с нами встретиться.

Отец с явным удовлетворением окинул меня взглядом: что ж, Лелия смогла угодить хотя бы ему. Что же до горцев, то на их счёт я испытывала большие сомнения.

Створки распахнулись перед нами, словно бы по чьему-то безмолвному приказу, и мы вошли в комнату, залитую мутноватым светом слякотного дня. Его величество король Каллум восседал в высоком кресле, выполненном, кажется, нарочито сдержанно и угловато.

И, надо признать, он производил довольно сильное впечатление. Высокий, статный и крепкий для своих лет. Он как будто только что закончил битву и спрыгнул с лошади, едва успев оттереть кровь с лица, — настолько внушительный и чуть диковатый вид у него был. В нём словно бы чувствовались простор и суровость долины Ста холмов. Наверное, именно так я себе его и представила бы, возьмись однажды представить.

Голову короля Каллума обхватывал широкий серебряный венец, удивительно благородно сочетающийся с лёгкой сединой спускающихся до плеч волос.

Чуть отросшая борода обрамляла его строго поджатые губы. Пронзительно-серый, как небо за окном, взгляд его неспешно скользнул по лицу отца и замер на мне. Король чему-то едва заметно усмехнулся и откинулся на спинку.

А стоящий рядом худощавый черноволосый мужчина, с которым они, похоже, как раз о чём-то разговаривали до нашего с отцом прихода, выпрямился. И тоже вперился в меня, словно в комнате больше никого не было.