Ювелирная лавка госпожи Таниты

Я стояла, приоткрыв рот и бестолково хлопая глазами.

Знала ведь, чувствовала, что она может рано или поздно возникнуть на горизонте, но оказалась не готова. Совершенно не готова.

Не удивительно, что меня приняли за Таниту. Сейчас на меня смотрела я сама, только слегка… потрепанная.

Лицо, бывшее некогда очень хорошеньким, поплыло, овал смазался. Мимические морщины залегли в уголках глаз и на лбу, состояние кожи говорило о том, что женщина злоупотребляет алкоголем и табаком, вредные привычки накинули ей лишних лет.

Десять лет назад она покинула этот город. Тогда она, вероятно, была еще прелестна и свежа.

– А… вы же сейчас в тюрьме, – моего опешившего разума хватило только на это замечание.

Лицо Таниты сразу стало жестким и злым, черные брови-ниточки сошлись на переносице, а губы сжались."

"– Меня выпустили досрочно! За хорошее поведение, – она прошла дальше, как хозяйка, зацепив меня плечом.

Что делать? Что делать? Разум лихорадочно заметался.

– А вы куда? – я скрестила руки на груди.

Танита еще раз прошлась по мне оценивающим взглядом и фыркнула.

– К себе домой, конечно. Ты ведь знаешь, кто я такая. Не можешь не знать.

Я почувствовала, как кровь отливает от лица.

Там же Варда, Тимош, Пушок и Снежинка. Вся моя новая хрупкая жизнь, в которой нет места незнакомке со злыми глазами.

Внезапно она запрокинула голову и рассмеялась – словно ворона закаркала. Голос Таниты был простужен и осип, и смех вышел жутким.

– Ловко ты всех развела, дорогуша, – она погрозила мне пальцем. – Только за это тебя можно уважать.

Она каким-то образом узнала, что я поселилась в этом доме под ее именем, кто-то рассказал. Если бы Танита хотела, то заявилась бы в сопровождении стражей порядка, и меня бы увели под белы рученьки. Но она явилась сюда тайно, под покровом ночи в жуткий ливень.

Что ей нужно на самом деле?

Наверное, эти мысли отразились у меня на лице бегущей строкой, потому что Танита поглядела с пониманием. И внимательным прищуром.

– О, ты испугалась, дорогуша. Как там тебя зовут? Ладно, мне все равно, – она гордо прошествовала через лавку в мастерскую, а потом ступила в коридор. – Пойдем потолкуем.

Ясно. Она пришла договориться и выставить условия.