Истинная для Ледяного Дракона. Княгиня Южного предела

Усмехаюсь невесело: не так я себе представлял нашу первую ночь. Твари Хаоса, она холодна как лёд. Глупец! Доверил Ларите, которая только что приехала, и толком ничего не объяснил. Она одела спящую Адриану, как обычную наложницу в тонкую короткую рубашку. О чём думала эта старуха? Что я накинусь на бесчувственное тело? Сгребаю Адриану в объятия и прижимаю к себе, пытаясь согреть своим теплом.

Она не просыпается, но начинает ворочаться, и сама прижимается ко мне крепче.

«Моя девочка», — урчит дракон.

А меня затапливает нежность, и я мысленно начинаю укутывать свою истинную этим новым для меня ощущением.

Некоторое время ничего не меняется. А потом мне чудится хруст ледяной корки, и я чувствую, как кожа Адрианы под моими руками меняется, становится мягкой и тёплой. Получилось. Дыхание её становится глубже, ритм сердца выравнивается.

Наверное, поэтому мне снится Южный Предел таким, каким он сохранился в моих детских воспоминаниях. Горы, покрытые зеленью, бирюзовая поверхность моря с накатывающимися на белый прибрежный песок волнами. Солнечные лучи, дарящие тепло.

Тем неожиданнее пробуждение. Солнечные лучи на короткий миг становятся обжигающими, а потом ледяной воздух охлаждает разгорячённое тело.

Приоткрываю глаза и тут же поспешно опускаю веки, наблюдая из-под полуопущенных ресниц. Адриана сидит на противоположном краю постели и с ужасом рассматривает то, что на ней надето. Ну если это можно назвать одеждой. Тонкая рубашка ничего не скрывает, облегая высокую грудь. Под полупрозрачной тканью просвечивают темные кружки с характерно выпяченными вершинками. Адриана не замечает, что я уже проснулся, бросает на меня испуганный взгляд и осторожно приподнимает краешек одеяла.

Интересно, что она рассчитывает там найти, кроме меня? Тело обдаёт жаром, и я чувствую нарастающее желание. Испытываю разочарование, когда она тихонько опускает край одеяла и соскальзывает с кровати. Вертится вокруг своей оси и снова придирчиво изучает одеяние.

Вот я глупец! Только теперь до меня доходит, что она проверяет, нет ли следов бурной ночи на простынях и на её одежде.