Испанский любовный обман

Когда я перебралась в Нью-Йорк, то по первой поре знакомилась с мужчинами, потом перестала. В чем смысл, если со мной определенно что-то не так? Я уехала из Испании, но доверять мужчинам так и не научилась. Эта способность осталась в прошлом, за океаном.

Глядя на себя в зеркало, поняла, что давно не наряжалась и не делала красивых причесок. Наверное, зря.

Странно. Шесть лет назад я обещала себе больше ни о чем не жалеть. Не идти этой дорогой.

Тогда откуда эти мысли? И как вообще до такого дошло: что я навожу красоту впервые за много месяцев, причем ради человека, который этого не заслуживает? Ради фальшивого свидания.

Не зря боялась. Прошлое меня так и не отпустило. Я…

В дверь постучали, возвращая в реальность и заставляя вспомнить, что снаружи меня ждут. Причем нетерпеливо, если судить по громкому стуку.

– Каталина, ты долго? – прозвучал из-за двери печально знакомый голос. – Ты сидишь там целую вечность.

Я посмотрела на часы, стоящие на полке. Шесть сорок пять. Оставалось пятнадцать минут до назначенного срока, когда Аарон должен был за мной заехать. Я покачала головой.

В дверь снова постучали. Сильнее и нетерпеливее.

– Каталина?"

"Я решила отмолчаться. Аарону надо показать, что не всегда можно добиться своего силой. Вдобавок у меня в запасе еще пятнадцать минут. Точнее, четырнадцать.

По-прежнему чувствуя в груди растущую трещину, я просунула правую ногу в туфельку и, поставив ее на крышку унитаза, принялась застегивать ремешок.

Потом, не торопясь, то же самое проделала с левой туфлей. Оставалось еще несколько минут, и я решила…

В дверь больше не стучали. Она распахнулась, заставив меня подпрыгнуть с испугу и явив за собой крайне взволнованного мужчину.

Аарон прикипел глазами к моему лицу.

– Каталина! – В синих омутах плескалась ярость. – Почему ты не отвечала, когда я тебя звал? Ты здесь уже целый час!

Взгляд прошелся по моему платью, с каждой секундой леденея.

Он что… совсем псих?!

Голосок в мыслях сдавленно пискнул. Аарон, судя по недовольной гримасе, успел сто раз пожалеть о своем приглашении. Стараясь не замечать, как слабеют ноги, я нащупала в себе первую попавшуюся эмоцию. Ту самую, которая накатывала всякий раз, стоило Блекфорду оказаться рядом.

– Аарон Блекфорд! – прошипела я. – Ты что, черт возьми, творишь? – От гнева раздуло грудь.