Испанский любовный обман

Про эту женщину сказали «упрямая, словно бык» еще в тот день, когда она появилась на свет.

– Видимо, придется… – пробормотала я под нос.

Потянувшись к еженедельнику, я внесла в список дел еще один пункт: позвонить Изе и предупредить про маму.

– У меня остался купон на скидку, могу тебе дать, – объявила мама, пока я рассеянно рылась в ноутбуке, проверяя почту. – Правда, я не уверена, что он действует за пределами Испании. Но должен ведь, да? Ты же моя дочь, а значит, имеешь право воспользоваться моей скидкой, где бы ни находилась.

Я нажала на уведомление о грядущей серии семинаров.

– Да, конечно…"

"Наскоро глянув в объявление, я поняла, что лучше открыть расписание, когда мама повесит трубку.

– «Да, конечно, для этого и придумали Интернет»? Или «да, конечно, я воспользуюсь твоей скидкой»?

Я откинулась на спинку кресла, читая полученные письма.

– Лина?

О чем она говорит?

– Да, Mamá?

– Надеюсь, ты сама проверишь купон, потому что я не умею пользоваться этим вашим Интернетом.

– Конечно, – ответила я, так и не поняв, на что, собственно, соглашаюсь.

– Или у него есть галстук?

У кого – «него»?

Я вздрогнула.

– Так что? – переспросила мама, не дождавшись ответа. – Я про твоего друга, если ты не поняла.

На лбу выступили крохотные бисеринки пота.

Речь о моем мужчине, которого нет в наличии, но вся семья уверена, что он есть. Потому что я так сказала.

Потому что соврала.

Губы неожиданно склеились. Я с нетерпением ждала, когда мама в своей обычной непредсказуемой манере сменит тему.

Что ей ответить? «Нет, Mamá, у него нет галстука. Его не существует в природе? Я, видишь ли, придумала ухажера, чтобы не выглядеть жалкой и брошенной».

А, может, просто повесить трубку? Притвориться, будто занята, и закончить разговор? Но тогда меня замучает совесть. Только этого не хватало. Вдобавок, мать совсем не дура.

Она поймет – дело нечисто.

В конце концов, эта женщина произвела меня на свет.

Тянулись секунды. Я молчала, не веря, что впервые в жизни наша Mamá ждет ответа.

Черт!

Еще несколько мгновений тишины.

Черт, черт, черт!

«Признавайся», – тихо велел голос разума. Однако я мотнула головой, остро чувствуя, как по спине стекает капелька пота.

– Лина? – неуверенно переспросила мама. – В чем дело?

Я ужасная, подлая врунья, которая не заслуживает сочувствия, звучащего из трубки.

– Не волнуйся. – Я откашлялась, стараясь не замечать тяжелого комка, осевшего в животе. – Все хорошо.