Испанский любовный обман

– Малышка, мне надо выкинуть презерватив.

Он пытался выбраться, но я не пускала. Аарон засмеялся – легко и беззаботно. Меня словно ударили в самое сердце. Я нечаянно разжала руки, и он выскользнул.

Я захныкала от разочарования и холода. Все-таки я очень жадная. Или это Аарон виноват?

– Я быстро. Глазом не успеешь моргнуть. Правда.

К его счастью, Аарон и впрямь управился быстро, успев порадовать зрелищем, как он, восхитительно голый, разгуливает по комнате. Вернувшись в постель, Аарон тут же обнял меня, натянул на нас тонкое одеяло и многозначительно, со смыслом хмыкнул.

– Вот видишь? – сказал он мне в волосы. – Минуты не прошло.

Я вздохнула, прижимаясь губами к его груди, и без стыда призналась:

– А я ведь жадная, ясно? И очень прилипчивая, хуже обезьяны.

В подтверждение своих слов закинула ногу ему на бедро и ухватилась за плечо, повиснув на Аароне всем телом – чтобы точно никуда не делся.

Даже уткнувшись лицом ему в шею, я чувствовала, как он улыбается. Грудь у него затряслась.

– Ты что, смеешься надо мной?

– Ни в коем случае.

Он провел рукой вдоль позвоночника, устроив ладонь ниже поясницы, и легонько сжал ягодицу.

– Если будешь плохо себя вести, мы точно не уснем. А у меня, как ни печально, был только один презерватив.

Я немного разжала хватку.

– Ты… рассчитывал, что все именно так и закончится? – спросила я, гадая, зачем еще он мог взять в поездку презервативы.

По коже пробежала череда волнительных мурашек.

– Нет, – мягко ответил Аарон, гладя меня по спине.

– Вот и хорошо, – честно сказала я. Аарон поднял руку к моему затылку, запустив пальцы в волосы. – Жаль, что ты не догадался положить еще парочку.

У Аарона вырвался рык, вдохнувший в меня новую жизнь.

– Да неужели?

Вместо того чтобы отвечать на явно риторический вопрос – кто на моем месте не требовал бы продолжения? – я решила сменить тему.

– Можно кое-что спросить?

Я подняла голову, чтобы видеть его лицо.

Аарон поймал взгляд.

– Тебе – о чем угодно.

– Откуда, черт возьми, ты знаешь испанский?

Он смущенно улыбнулся.

– Нет, правда, – настаивала я. – Понятия не имела, что ты знаешь хоть слово. А ты говоришь чуть ли не свободно. – Мне понравилось, как у него довольно заблестели глаза. Таким он был даже красивее, чем с улыбкой.