Искупление 6

Большинство из нас тут выдерживали друг друга пять дней в неделю уже почти шесть год, и между нами чувствовалась определенная дружба. Мы выросли вместе, пережили все подростковые глупости, ссоры, наезды и трудности.

Черт, значительная часть тех, кто был здесь, знала друг друга так близко, но нахождение здесь сейчас казалось, будто мы вернулись к началу. Знание того, что через пару месяцев мы все пойдем своими путями, должно было вызвать у меня какое-то чувство грусти и беспокойства, но не вызвало.

Остальные из моего класса могли уйти в любом направлении после выпускных экзаменов, лишь бы я мог сохранить девушку в своих руках.

– Держу пари, ты никогда не проводил пятничный вечер среди сена?

– Ты бы удивился, как я проводила свои пятничные вечера, Ал, - смеясь, поправила свою шерстяную шапку Кейси, прежде чем выпить бутылку водки, которую он ей протягивал.

– Черт, парень, ты не мог бы быть более заметным? - потребовал Подж, указывая на сверкающий жилет, который носил Ал.

– Оу, а вот ты и твои великие слова, - бурчал Ал, закуривая сигарету. – Иди к черту, умник. У меня нет представления, о чем ты говоришь.

– Заметно, - посмеялась Ниса. – Это значит, что ты не очень осторожен, Ал.

– Не осторожен в чем?

– В том, что нам не положено быть здесь, - возразил Подж. – И здесь нельзя курить. Сено высохло, парень. Одно случайное пламя, и это место загорится, как елка.

– Не обращай внимания, чертов фермер Джон со своими сложными словами и установкой и правил. Если мне нужно закурить, я закурю.

– Ты не мог бы быть более городским парнем?

– Лучше быть городским парнем, чем фермером с большой провинциальной головой.

– Эй, нет ничего плохого в фермерах, - вмешалась Кейси с подмигиванием. – Куча денег, спрятанных под матрасом.

– И куча овец.

– На самом деле, мы занимаемся посевами и содержанием коров.

– И что?

– И то, что мы откармливаем бычков, придурок, а не овец.

– Джо, мне плохо, - заявила Моллой, отвлекая меня от шалостей наших друзей. Она вложила свою наполовину пустую банку Dutch Gold в мою руку и стонала. – Серьезно, меня тошнит.

– Так, осторожнее, - ответил я, обвивая руку вокруг ее талии и прижимая ее поближе. – Не обращай внимания на то, что делают все эти придурки. - Мои губы чуть коснулись ее уха, когда я говорил. – Это марафон, а не спринт.