Искалеченные. Книга вторая

После невыносимого свидания с Беном, а может и Биллом, она поджигает самокрутку и затягивается. За спиной раздается скрип металлической двери, и вскоре рядом с Лин садится Рэймонд. Он поворачивается к ней и произносит…

– Я тебя по всей квартире ищу, а ты сидишь на морозе, – от неожиданности Лин вздрогнула и подняла взгляд.

Над ней возвышался Рэймонд. Склонившись, он обхватил своими большими ладонями ее тоненькие пальчики и осуждающе покачал головой.

– Ты ледянее трупа! Бегом на кухню, я сделаю тебе горячий чай.

– К черту чай, – Лин набрала побольше воздуха в легкие и произнесла все на одном дыхании. – Мне нужно тебе кое-что сказать.

Она поднялась на ноги, пока Рэймонд продолжал греть ее руки своими. Ей казалось, если она не откроется ему прямо сейчас, то это признание разорвет ей грудь на куски.

– Сначала я думала о том, что если раскрою тебе свои чувства, то это станет моей погибелью. Но теперь я вижу, что ты – мое спасение.

– Я знаю, – сказал Рэймонд и не стал скрывать правду за своими глазами.

– Рэй, – прошептала Лин, не отводя от него глаз. – Я люблю тебя.

Несколько секунд Рэймонд потрясенно молчал. На его волосах растаял снег после улицы, и с кончиков темных прядей капала вода.

– Лин, – произнес он. – Черт возьми, это лучшее, что я мог услышать за всю свою идиотскую жизнь.

В следующую секунду Лин почувствовала, как его ладонь легла на ее шею и обвила ее длинными пальцами. Возвышаясь над Лин, Рэймонд притянул ее к себе для поцелуя.

– У тебя кровь, – Лин отстранилась, чувствуя во рту специфический привкус. Она коснулась рукой разбитой губы Рэймонда. – Что случилось?

– На работе буйный попался, – Рэймонд вновь притянул Лин. – Иди ко мне.

Избавив ее от пледа, он положил свои ладони на ее ягодицы и поднял в воздухе, как пушинку. Затем заставил скрестить ноги за его спиной и прижался к губам. Не разрывая поцелуя, Рэймонд шагнул в сторону гостиной и захлопнул за ними балконную дверь.

Из горла Лин вырвался всхлип, когда он бросил ее на кровать. За одно мгновение Рэймонд стянул с себя обувь и забрался сверху, нависая над Лин. Его руки обвили ее запястья и подняли их над ее головой, прижимая к матрасу.

– Мне кажется, я взорвусь от твоего признания, – сказал он и склонился, прижавшись своим лбом к ее. – Взорвусь от того, что я испытываю к тебе.

– Тогда освободись от этого, – прошептала Лин. – Выпусти свои чувства наружу и покажи их мне.