Исчезновение Стефани Мейлер

Вдруг дверца распахнулась, и прежде чем он успел опомниться, его сильно ударили по лицу. Это был Костико. Силой вытащив Майкла из кабины, он приволок его в клуб. Джеремайя и Миранда уже ждали в «офисе». Джеремайя был в ярости: «Шпионишь за мной? Собрался заложить меня полиции?» Майкл клялся, что нет, но Джеремайя не желал ничего слушать и приказал Костико его избить. Покончив с ним, они принялись за Миранду. Пытка длилась бесконечно. Миранду изуродовали так, что она несколько дней не могла выйти из дома.

После этого случая Майкл с Тедом, опасаясь слежки, встречались тайно — в самых неожиданных местах, как можно дальше от Орфеа, только чтобы их не видели вместе.

— Нам самим Джеремайю не убить, — поделился с Майклом Тед. — Надо найти человека, который вообще про него ничего не знает, и уговорить его убить.

— Но кто на такое согласится?

— Тот, кому нужна услуга в том же духе. Мы убьем кого-нибудь взамен. Кого-нибудь, кого тоже не знаем. Так полиции до нас в жизни не добраться.

— Кого-нибудь, кто нам ничего не сделал? — спросил Майкл.

— Честное слово, я сам не в восторге, — ответил Тенненбаум. — Но другого выхода не вижу."

"Подумав, Майкл решил, что это, судя по всему, единственная возможность спасти Миранду. Ради нее он был готов на все.

Проблема заключалась в том, чтобы найти партнера, кого-то, кто никак с ними не связан. Каким образом? Не объявление же в газету давать.

Прошло полтора месяца. В середине июня, когда они уже совсем отчаялись, Тед позвонил Майклу и сказал:

— По-моему, я его нашел.

— И кто это?

— Тебе лучше не знать.

* * *— То есть вы не знали, что за партнера нашел Тенненбаум? — спросил Дерек.

— Не знал, — ответил Майкл. — Тед Тенненбаум был посредником, он один знал обоих исполнителей. Так легче было замести следы. Полиция не могла нас вычислить, потому что мы сами друг друга не знали. Кроме Тенненбаума, но его голыми руками не возьмешь. Чтобы мы точно никак не соприкасались, Тенненбаум условился с партнером о том, как мы обменяемся именами жертв.

— И вы написали имя Джеремайи Фолда, — перебила его Анна.

— Совершенно верно, в пьесе Кирка Харви.