Исчезновение Стефани Мейлер

Значит, стрелок мог свободно подняться туда незамеченным, дождаться удобного момента, выстрелить в Дакоту, а затем сбежать через служебный выход.

— Но чтобы попасть на мостки, нужно пройти через кулисы, — заметила Анна. — А за кулисы могли попасть только те, у кого был допуск. На входе была охрана.

— То есть кто-то из актеров, — сказал Дерек. — И это означает, что у нас пятеро подозреваемых: Стивен Бергдорф, Мита Островски, Рон Гулливер, Сэмюел Пейделин и Шарлотта Браун.

— Шарлотта после выстрелов была возле Дакоты, — возразил я.

— Это не исключает ее из списка подозреваемых, — рассудил Дерек. — Она стреляет с мостков, спускается и помогает Дакоте — отличный план!

В эту минуту у меня зазвонил телефон.

— Черт, — вздохнул я, — что еще ему от меня надо?

Я принял вызов:

— Добрый день, майор. Мы в Большом театре. Нашли место, где стоял стрелок. Это мостки, куда можно попасть только из-за кулис, а значит…

— Джесси, — перебил меня майор, — я тебе затем и звоню.

— «Беретта»? Но именно из «беретты» были убиты Меган Пейделин и Гордоны! — воскликнул я.

— Мне это тоже пришло в голову, — сказал майор, — и я запросил сравнение. Ты там стоишь, Джесси? Держись крепче: позавчера вечером и в 1994 году стреляли из одного и того же ствола.

Дерек, увидев, что я побледнел, спросил, что случилось.

— Он здесь, среди нас, — ответил я.

Теперь краска сошла с лица Дерека.

— Какое-то проклятие, честное слово, — прошептал он.

Дерек Скотт

Двенадцатое ноября 1994 года. Через месяц после нашей ужасающей автокатастрофы мне вручали медаль за храбрость. В спортзале окружного отделения полиции, на глазах у набившихся туда полицейских, официальных лиц, журналистов и приглашенных, медаль мне вручал лично глава полиции штата, выехавший на место ради такого случая.

Я стоял на эстраде с рукой на перевязи и не поднимал головы. Мне не нужна была ни эта медаль, ни эта церемония, но майор Маккенна сказал, что, если я откажусь, начальство будет страшно недовольно.

Джесси сидел в глубине зала. На отшибе. Ему отвели место в первом ряду, но он не захотел его занять. На нем не было лица. Я боялся даже смотреть в его сторону.