Исчезновение Стефани Мейлер

— Джозеф Гордон по нескольку раз в неделю приезжал в ваше отделение, чтобы положить двадцать тысяч долларов? — удивился Джесси.

— Да, — кивнула Мейси. — Двадцать тысяч долларов — максимальная сумма, за которую клиент не обязан отчитываться.

Из документов явствовало, что этот маневр производился с марта месяца.

— Я правильно понял: вы ни разу не спрашивали у мистера Гордона объяснений по поводу этих денег? — спросил я.

— Ни разу. К тому же наш начальник не любит, когда задают лишние вопросы. Говорит, если клиенты от нас уйдут, то пойдут в другое место.

— Значит, деньги до сих пор лежат на счету в вашем банке?

— Ну да, если угодно, в нашем банке, но я не рискнула посмотреть, на какой счет переводились деньги. Это другой счет, он тоже открыт на имя мистера Гордона, но в нашем отделении в Бозмене, в Монтане.

Мы с Джесси не верили своим глазам. В банковских документах, обнаруженных дома у Гордонов, значились только личные счета в банке в Хэмптонах.

Мы немедленно запросили сведения у полиции штата Монтана. То, что они обнаружили, заставило нас с Джесси немедленно вылететь через Чикаго в аэропорт Бозмен-Йеллоустон. Наташа снабдила нас сэндвичами своего имени, дабы скрасить путешествие.

Джозеф Гордон с апреля снимал в Бозмене домик. Это выяснилось благодаря автоматическим перечислениям с его загадочного банковского счета, открытого в Монтане.

— Да, это он, Джозеф Гордон, — подтвердил агент, когда мы показали ему фото мэра. — В Бозмен он приезжал один раз, в апреле. Один. Приехал на машине из самого штата Нью-Йорк. Машина была набита какими-то коробками. Даже дом не посмотрел, сразу сказал, что берет. Сказал: «От такой цены не отказываются».

— Вы уверены, что видели именно этого человека? — спросил я.

— Да. Он мне как-то не внушал доверия, и я незаметно сфотографировал и его, и номер машины, на случай, если вдруг что.

Агент достал из папки снимок. На нем красовался Гордон собственной персоной, выгружающий коробки из синего автомобиля с откидным верхом.

— Он говорил, почему хочет сюда переехать?

— Не то чтобы особо распространялся, но однажды сказал что-то вроде: «Тут у вас, конечно, красот особых нет, но по крайней мере здесь меня никто искать не будет».