Интимный дневник. Записки Лондонской проститутки

Просто им хотелось показать его мне.

—  Сколько раз ты была в Риме? Невероятно! И ты ни разу не видела фонтан?!

Мы шли и шли по ночному городу. В ярко освещенные рестораны время от времени заходили роскошно одетые пары.

Хотя было уже далеко за полночь, вокруг фонтана тол­пились туристы, прохожие, продавцы дешевой электрони­ки, низенькие, мне по грудь, девушки-азиатки, торгующие розами. В фонтане было много монет и всякого мусора. Говорят, если бросишь монетку в фонтан, обязательно вернешься сюда еще раз.

Интересно, на что рассчитывают те, кто бросает туда фантики от конфет. Мы немного постояли и пошли назад.

Шли по набережной, потом через мост. По краям его стояли статуи. Мы остановились, поговорили о Тициане, о том, что мужская фигура лучше выглядит, когда высече­на из камня, а женская — на холсте.

Мы сверились с картой и пошли в сторону Ватикана. Постояли напротив собора Св. Петра. Посмотрели на обе­лиск—штырь, уходящий в небо. Второй такой обелиск — в Лондоне.

Странное дело, в наше время парные мону­менты ставят в разных городах и даже странах, а египтяне ставили их парами. Я предложила подняться на купол собора. Под самой крышей собора есть магазинчик суве­ниров, где продавщицами работают монахини. Можно купить открытку с видом Ватикана и послать ее прямо с крыши собора — бросить вниз. Вот это, по-моему, самая замечательная вещь в религии — то, что она всегда богата всякими поразительными придумками.

Обратно мы шли мимо развалин древних сооружений, древнеримских колонн, от которых остались одни камен­ные основания.

Глядя на них, я вспомнила одно стихотво­рение и тут же прочла его. Парни что-то говорили про детское телевидение. Чеддерец рассказал сказку о Поющем Звенящем Дереве. Мы такой и не помнили. Но оказалось, что они в детстве не читали «Маленького принца», и я рассказала им эту сказку.

—  Это ужасно, — сказал житель Чеддера, — разве можно детям читать такие сказки?

Я лишь пожала плечами. У ресторана стоял мотоцикл, весь разукрашенный искусственными цветами.

Мы прого­лодались и купили на троих огромный кусок дорогой пиццы с артишоком."

"Когда вернулись в отель, второй парень пошел спать. А мы с чеддерцем еще долго болтали, в основном о Брай­тоне. Я нарисовала на салфетке какую-то нелепую абстракт­ную картинку, и он взял ее себе на память. Он сказал, что угром опять пойдет в Ватикан, чтобы увидеть Папу. Будет стоять в очереди на исповедь.