Интимный дневник. Записки Лондонской проститутки

Она предложила мне кусочек хлеба, но я еще не успела проголодаться после бутерброда и отказа­лась.

—  Точно, не хочешь? — приставала она, ощупывая взгля­дом мои груди, которые, хоть и не величиной с арбуз каждая, но тоже ничего себе. — Ты что, на диете?

Я сделала такое лицо, будто у меня все внутри стонет от боли, и прижала дрожащую руку к животу.

—    С желудком что-то не так, — пожаловалась я, и губы мои задрожали, словно я собиралась расплакаться. — Ме­сяц назад была у врача, и мне поставили диагноз. Кишки ничего не держат, протеин не переваривается вообще, съем что-нибудь мучное — выскакивает мгновенно.

—    Боже... не может быть. Правда?

Я заговорщически нагнулась к ней через стол.

—  Но хуже всего — понос и газы, — перешла я на шепот, потому что пришли остальные и уже усаживались за стол. — Ты просто представить не можешь, как это ужасно. Как тебе повезло, что у тебя этого нет. Какое счастье ходить с нормальными бедрами.

Так что до конца обеда пришлось мне щипать тушеную рыбку и какой-то ужасный салат, но это стоило того: в течение всего часа она вообще не притронулась к еде и молчала, как рыба.

mardi, le 30 mars

Клиент сидел на мне верхом и яростно дергал надо мной свой член.

—  Сейчас кончу тебе прямо в лицо, — повторял он. За последние десять минут он, рыча, произнес эти слова уже в шестой раз, словно пытался убедить в этом самого себя.

И больше ничего, только эти слова: «Сейчас кончу тебе прямо в лицо». Для меня — вообще никаких ни указаний, ни просьб, ни пожеланий, хотя сама я трудилась вовсю: играла грудями и сосками, запускала пальцы себе между ног и потом облизывала их, надеясь, что мои фокусы хоть как-то помогут ему.

Нет, все мои старания, похоже, не помогали. Он смотрел не на меня, а на стену. Несколько раз его яростная рука замедляла свое возвратно-поступательное движение, и он на­клонялся и приникал к моим губам.

Прошло полчаса, а он все никак не мог кончить.