Княжна попаданка. Последняя из рода

Вот гадина, Матрёна мою кровь в шарик вкатала, и капли хватит на лоскутке для нечисти, а у меня на теле ссадин ото льда много осталось, вот и соблазнилась бабка-ведьма. Мы теперь с этим гадом кровно повязаны, я его желанная жертва?

Молчу, но слышу, как нервно сглотнул, а потом выдохнул Дмитрий за моей спиной, он успел прочитать мои ужасные мысли.

Решила не оставлять здесь улику, в большой платочек завернула всё, что осталось от табакерки и отдала в сумку князю с единственным вопросом:

— Надо найти того, кто разбирается в ритуалах? — сама понимаю, про кого я сейчас сказала.

— Черноводов? Но он не захочет нам помогать. Или цену запросит невозможную! — Дмитрий озвучил проблему, какую я лучше него понимаю. И он помнит слова Тихона про какую-то книгу. Вот её нам надо заполучить.

Стемнело, хочется прогуляться по улице, развеяться, но как-то неуютно сейчас, чувствую, что этот призрачный маньяк где-то рядом. Но он не смеет меня тронуть, кольцо само выбрало меня. Так заявил Феня, я его любимая хозяйка, этого не отменить, вот так бесёнок и в любви признался и князя успокоил.

Кольцо – моя единственная защита.

Вечером за ужином я своего помощника попытаю, пусть расскажет всё, что может про книгу, про храм варягов иноземцев.

Мы отправились домой, хочется обо всём поговорить, но сил нет, и мне надо хорошенько подумать, о чём говорить можно, а о чём лучше молчать.

В суете расследования даже забыла, что с этого дня официально княжна.

А Дмитрий Васильевич вспомнил:

— Мои поздравления, княжна Катерина Алексеевна.

— В это верится с трудом. Он как-то Ксению чучелом обозвал, а хотел на Радмиле жениться. Но для меня он слишком молоденький, и неинтересный. Так что откажу, даже если предложит.

— Князю наследнику не принято отказывать!

— Я сама княжной-то стала вот только три часа назад. Чернила на бумаге не просохли.

Надо было видеть, с каким облегчением выдохнул Дмитрий.

Мы приехали на подворье князя Воронцова старшего. Карета остановилась, лакей подбежал и открыл дверцу."

"— Тятя! Тятя! — со стороны большого дома послышались детские голоса.