Княжна попаданка. Последняя из рода

Катя, мне страшно спросить тебя ещё раз, но я должен, иначе…

— Да, боже, я же сказала, я в другом мире жила, упала в колодец и очнулась, когда меня Мишаня вытащил из реки. Когда по берегу мужик бегал и вопил, что я-де его жена и сама упала!

— Ты замужем, потому имя другое взяла, чтобы от мужа скрыться, это Свешников успел? — прохрипел Дмитрий.

Готова поклясться, что у него в этот момент сердце остановилось и не сразу начало биться снова. Ничего себе, как он переживает…

— Не помню ничего! Бабка меня оживила и сказала, что во мне огромная сила, но я её не чувствую, вот только прошлое вижу.

Какие-то вспышки и раз я видела хозяина рукавиц и его дела, может и это всё не про меня? Я только чувствую себя чужой, ничего не знаю, всем от меня что-то надо. Черноводов, Радмила, Ярополк и ещё силы эти магические, за которые меня по голове не погладят.

Проговорила свою боль впервые за эти бесконечные дни экстремального погружения в новую реальность. Страх за себя снова впился в сердце острой болью, я навалилась на плечо князя и зарыдала…

— И как нам быть? На замужнюю ты непохожа, и невинная, это любой маг определит, — он рассуждает, словно ничего не услышал и его ничего не удивило.

Гладит меня по голове и ждёт, пока я прорыдаюсь.

— Так ведь я никому кроме вас не назвала фамилию-то, может у Лебедевых ещё дети были? О! А что, если как «Гита и Зита»?

— А это ещё что за клички? Собачки? — мы и забыли про нашего Феню, а он всё слушает, и комментировать не упускает возможности.

"

"— Неважно, легенда, сказка про девочек сестёр, разлучённых в младенчестве! И не смотрите на меня как на нечисть. Я родная сестра-близнец Ксении, просто жила где-то. Лада же в родах умерла или сразу после? Вот Аксёновы забрали одну девочку у повитухи, а другую сдали, продали или просто не знали о моём существовании. Да и вообще, я память потеряла. А жила на севере. Может, я там в батрачках или при какой-то семье в няньках? Это же похоже на правду? А? меня любой вариант устроит, пока не вспомню и не расследую эту тайну, очень уж не хочется в тюрьме сидеть…

— Хорошо! Пусть будет так, но рано или поздно твои бумаги придётся предъявить, а их нет.

Я поговорю с Фирсом, может быть, что-то придумаем. Но послушай, есть же лучший способ, назовись Ксенией, я понимаю, что тебя очень злит прошлое, ты хочешь переписать историю. Но так не получится.