Княжна попаданка. Последняя из рода

— Ну, просто детективное агентство «Лунный свет», и даже жучка подсадим! Ну, круто! А кстати, на этого Свешникова такого жучка подсадить нельзя? — во мне проснулись детективные амбиции, всегда мечтала стать кем-то очень крутым.

И вдруг в сознании промелькнула мысль, что, может быть, я недостаточно сильно хотела детей именно от своего придурка Толика? Поэтому меня жизнь наказала и заставила начать всё сначала, чтобы понять себя и найти самого достойного отца своему малышу, вон как о Фене переживаю? Забылась и подняла взгляд на Дмитрия.

Вот гадство, он прочитал мои мысли! Улыбнулся, но не смутился.

Ситуацию спас Феня: «Хватит в гляделки играть, пора мне на дело собираться, пирожка возьму с собой, гостинца дружкам!»

Как-то очень быстро начали суетиться по моей небольшой горнице, пришлось отдать чуню, но оказалось, что под и правда лавкой у меня уже три пары обуви стоит, и сапожки, и новые чуни с богатой отделкой из узорной плотной ткани, прям-таки царские тапочки.

— Спасибо большое за гардероб и обувь, всё примерю, что подойдёт, оставлю, остальное попрошу Нюру вернуть. Неудобно как-то всё это…

— Неудобно мне за то, что не спас Ксению, ведь в тот позорный вечер чувствовал, что ей нужна защита. Это мой грех.

Проговорил, забрал Феню с пирогом и вышел.

Да уж! Я думала, что он как-то из-за меня старается, а это чувство вины за чужие грехи. Хорошие люди всегда так, а подлецам типа Толика и Эльвиры его распрекрасной – всё нипочём.

Вздыхаю и начинаю примерку обновок. Нюра вошла за посудой, и теперь мне помогает, гребнем, тем самым из слоновой кости мои волосы расчесала, про одежду рассказала, что и как носят. У меня целый сундук оказался, я его и не заметила. Обувь примерила и, к удивлению, всё подошло, словно эти вещички меня и ждали.

"Ответ не заставил себя ждать, обновки, какие не успела даже примерить княгиня Софья, покойная жена князя Дмитрия. Она, бедняжка, заболела и померла от удушья, не успели помочь.

Защемило мне сердце, всех стало очень жаль и деток, и Дмитрия, и, конечно, саму Софью, уж она, наверное, мужа обожала. Жила бы и радовалась, но вот такая судьба жестокая.