Инструктор. Законопослушные граждане

— Привет, Ларик! — воскликнул Вячеслав. — Ты где?

— Да тут, недалеко от дома, — скороговоркой поспешно ответил Забродов.

Демакин удивленно усмехнулся.

— Так подгребай в мастерскую, — предложил художник, очевидно не поняв, что Илларион находится не возле мастерской на Колхозной, а возле своего дома.

— Я возле своего дома, Слава, — пояснил полковник.

— А-а… — разочарованно вздохнул Вячеслав, — а я-то думал, что выпьем по соточке.

— В следующий раз, Слава, — пообещал Забродов и тут же перешел к делу: — Слушай, я чего звоню…

— Я слушаю!

— Помнишь, мы говорили с тобой о твоей натурщице Колотко Александре Ивановне, — напомнил Забродов.

Демакин недоуменно хмыкнул:

— Шурке?

— Именно!

Художник зевнул.

— Если мне память не изменяет, — снисходительно ответил он, — то это было совсем недавно, утром.

— Совершенно верно, — подтвердил Забродов. — Так вот, я хотел бы знать, была она правша или левша?

На связи на мгновение возникла недоуменная пауза.

— Я че-то не понял, Ларик, ты что, меня разыгрываешь? — обиженно произнес Вячеслав. — При чем здесь правша, левша? Тебе что, блоху подковать нужно?

Забродов раздраженно выдохнул и постарался как можно доступнее объяснить своему собеседнику, что это никакой не розыгрыш, а нужно для следствия. Демакин внимательно выслушал Забродова и неуверенно произнес:

— Кажется, левша…

Инструктор Забродов недовольно и протяжно вздохнул.

— Мне нужно знать стопроцентно! — заявил он.

— Вспомнил, Ларик, левша! — вдруг радостно воскликнул художник. — Точно!

— Точно? — недоверчиво переспросил Забродов.

— Сто пудов! — заверил приятеля Вячеслав. — Я еще все время просил, чтобы она взяла цветок в правую руку, а она отнекивалась, говорила, что она левша и ей неудобно, что ей трудно будет долго держать в правой руке цветок.

Забродов облегченно вздохнул.

— Спасибо, брат, выручил! — радостно воскликнул он.

— А что случилось, Константинович? — поинтересовался художник.

— Потом, Славик все объясню, — пообещал Забродов и попросил: — Ты, главное, сохрани все рисунки Александры.

— Зачем? — поинтересовался Вячеслав.

— Все! — ответил Забродов. — Спасибо! Конец связи! Позвоню!

Он ничего не стал объяснять своему товарищу, а, попрощавшись, отключил телефон и энергично стал тереть пальцами виски.