Инструктор. Законопослушные граждане

Через несколько секунд в телефоне послышался мужской голос:

— Але…

— Александр Вениаминович Ефремов? — в полушутливом тоне произнес Забродов.

На связи возникла небольшая пауза.

— Он самый, — подтвердил абонент и в свою очередь спросил: — А это кто?

Илларион Константинович рассмеялся:

— Твой московский товарищ, Илларион Забродов.

После мимолетного замешательства в мобильном телефоне раздалось радостное и возбужденное восклицание:

— Константинович, ты, что ли?! Как ты меня нашел?

Забродов добродушно усмехнулся и проговорил:

— Ну, Сашок, ты даешь, ты же мне в аэропорту свою визитку дал.

— А-а! — вспомнив встречу в аэропорту «Пулково», воскликнул питерский журналист и виновато засопел. — Точно, Илларион, я и забыл! Ты знаешь, так завертелся на работе, что даже в туалет бегаю только в экстренных случаях.

Илларион Константинович рассмеялся и посоветовал:

— Не шути, Александр Вениаминович, с огнем. А то, господин экстремал, всякое может случиться.

Ефремов печально и устало вздохнул и сухо сказал:

— Знаю, Константинович, да тут такие дела навалились.

Полковник Забродов помнил, что Ефремов выпускает журнал «Футбол», вращается в спортивных кругах, но предположить, что именно он будет заниматься делом Вячеслава Жевновича… Это была большая удача! Теперь Иллариону Константиновичу не нужно было просить: достаточно намекнуть, и Александр выполнит его просьбу с превеликим удовольствием.

— Я кое-что слышал об этом громком деле, — заметил Забродов.

— Так ты же, товарищ полковник, не поклонник «игры миллионов», — недоверчиво заметил редактор журнала «Футбол».

— Я не поклонник самой игры, Ефремов, — согласился Илларион Константинович, — однако, уважаемый товарищ работник СМИ, иногда интересуюсь, что происходит вокруг круглого кожаного и скользкого мяча.

Александр Ефремов снисходительно хмыкнул и заметил:

— Интересно…

— Бывших разведчиков, Александр Вениаминович, как ты сам понимаешь, не бывает, — сказал Забродов.

— Это точно, товарищ Забродов, — согласился Ефремов и, зная опытного боевого офицера не понаслышке, тут же не сдержался и поинтересовался: — И что же, Константинович, тебя заинтересовало в околофутбольных кругах?

Забродов не стал торопить события и, выдержав паузу, неторопливо прикурил сигарету.

— Але… — нетерпеливо подал голос его питерский собеседник.