Инструктор. Законопослушные граждане

Когда Забродов закончил свое повествование и выдвинул свои версии, Дмитрий Власов взял сигарету и, вдохнув ее аромат, снова положил в пачку.

— Ты недалек от истины, Константинович, — уважительно произнес Власов, — и ты почти попал в девятку. Ну а если покопаешь и тебе повезет, то, может, попадешь и в десятку, — печально и многозначительно сказал Дмитрий, — правда, в десятку еще никто не попадал.

Илларион Константинович озадаченно посмотрел на своего приятеля.

— Что ты хочешь этим сказать, Дима? — спросил полковник Забродов.

Дмитрий Власов стряхнул со своего дорогого пиджака невидимую соринку и серьезным тоном изрек:

— Это называется, Илларион, тотализатор! Где крутятся большие деньги.

— Это что — типа незаконного «Спортлото» или «Спринта»? — уточнил отставник. — Типа бегов на ипподроме?..

Бизнесмен тряхнул головой.

— Хуже, полковник, это черная дыра! — ответил Власов. — Там крутятся очень и очень большие деньги. Там такие, как мы, никогда не выигрывают, разве что бесплатные белые тапочки к бесконечному путешествию в неизвестность, которые выдают очень крутые «дяди».

Забродов прекрасно понимал всю опасность этого криминального бизнеса, хотя Дмитрию показалось, что Илларион еще не до конца осознал всю смертельную опасность для того, кто хотел бы приоткрыть завесу над этим явлением.

Дмитрий Власов не сразу решился посвятить Забродова в некоторые нюансы российского тотализатора, волнуясь за его дальнейшую судьбу.

— Ты же этих парней не вернешь к жизни, — проговорил Власов, а сам как пить дать, погибнешь ни за нюх табаку!

— Если и погибну, Дима, то не зря, — раздраженно сказал Забродов. — Разумеется, ни Виктора, ни Вячеслава я не верну с того света, но зато, может быть, я спасу других таких же сопливых мальчишек, которых на моих глазах немало погибло в Чечне! Но там от меня мало что зависело, там был приказ! Нас посылали как на бойню! А здесь, Дмитрий, я сам себе приказ! — решительно произнес Забродов.

Власов выслушал его и тихо сказал:"

"— Я помогу тебе, Илларион, только боюсь, потом за это буду казнить себя всю жизнь!

— Как бы тебе не пришлось казниться по другому поводу, — покачал головой Забродов.

Власов понял, что ему придется выложить разгневанному полковнику все, что он знает, хотя знал он не очень-то много.