Инструкция: перевоспитать бабника

— А не фиг было вести себя, как…как… — не могла подобрать я слов его поведению. Спокойно и аккуратно кладу букет на край стола. — Может ты мне объяснишь, что это сейчас там было?!

— Что было?! — довольно зловеще проговорил Глеб, понижая голос. — Что было?! Жажда закатать его в асфальт прямо там — вот что это было!

— А что так? — с иронией в голосе спросила я, приподнимая брови, якобы, в недоумении. — Знаешь, очень это на ревность смахивает. Тебе не кажется?

— Кажется! Ещё как, кажется! — прорычал Глеб, прежде чем рвануть ко мне ещё ближе.

Я впечатана в его тело. Быстро и сильно.

Мои губы начинают гореть от его действий — укусов и посасываний. Пальцы Глеба, казалось, прожигают одежду, оставляя ожоги на коже, которые горят и ноют.

В крови бушует жажда, которую хочется утолить. А как это будет — быстро или медленно — уже неважно.

Меня подхватывают под попку и усаживают на стол, вклиниваясь между ног — раздвигая их настолько широко, что их сводит судорогой.

Вот только, мне всё равно.

Никогда не думала, что могу завестись так быстро. Без всякой там прелюдии в виде ласк и поцелуев.

Нет никакой прелюдии, да она нам, впрочем, и не нужна.

Глеб, не снимая ни одной части одежды на мне, задирает платье и отодвигает в сторону полоску моих трусиков. Два пальца без всякой подготовки входят в меня на всю длину, заставляя застонать и впиться пальцами ему в плечи.

Пальцы Глеба внутри меня двигаются во мне всего лишь несколько секунд, словно подготавливая к чему-то большему.

Вот только, мне не нужна подготовка — всё уже готово!

Звук расстегивающейся молнии на джинсах Глеба перекрывает все остальные звуки, заставляя меня прикусить его нижнюю губу до крови, от нетерпения и понимания, чем именно сейчас сменяться пальцы.

То ли от боли, то ли от такой же жажды, раздается хриплое рычание Глеба.

Больше не медля, он заменяет пальцы своим членом. Входит так мощно и быстро, что я, отрываясь от его губ, задыхаюсь от нехватки воздуха в легких. Чувствую внутренней стороной бедер грубую ткань джинсов.

Он даже не дает мне времени привыкнуть к своему вторжению. Начинает двигаться — яростно, жестко и глубоко. Так сильно, что стол подо мной начинает шататься и скрипит так, что кажется — вот-вот и он развалиться на части.