Инь, янь и всякая дрянь

Может, мне еще приехать и самой все сделать?

– Нет, спасибо, – буркнула я и пошла назад к станции метро.

На небольшой площади было несколько ларьков. Сначала я приблизилась к киоску «Союзпечать» и спросила у толстой продавщицы:

– У вас есть журналы, упакованные в плотную бумагу?

– Порнуха? – равнодушно переспросила бабка. – Ею у цветов торгуют.

– Спасибо, – обрадовалась я. Сделала пару шагов влево, увидела лоток и приобрела нечто, упрятанное в желто-коричневый пакет. Потом, пробежавшись по площади, обнаружила синюю палатку, в которой купила у пьяной девушки красную бейсболку с надписью «Redbar».

– Не дашь ли мне на полчасика свою жилетку?

– Которую? – заплетающимся языком поинтересовалась та.

– Форменную, – пояснила я, – ту, что у тебя на плечах.

Девица вытаращила глаза, медленно подняла руки, сложила из пальцев известную комбинацию и без всякой злобы ответила:"

"– Фигушки. Без спецодежды нельзя работать!

Я вынула кошелек, вытащила из него пару бумажек и, пошуршав ими перед носом красавицы, нежно проворковала:

– Обед наступил.

Затуманенный взор продавщицы начал проясняться, цепкие пальцы схватили купюры.

– Суперски! – прохрипела девушка. – Вон туда форму припрешь, под зонтик. Не потеряй!

– Ни за что! Буду очень аккуратна, – пообещала я, забирая ярко-синюю безразмерную душегрейку.

Глава 28

Очутившись на знакомом крыльце, я храбро ткнула пальцем в кнопку домофона.

– Фамилия?

– Доставка корреспонденции.

Коробочка замолчала, потом из нее послышалась почти человеческая речь:

– Кому?

– Комната номер пять.

– От кого?

– Фирма «Редбар», – равнодушно ответила я, – курьер.

– Вас нет в списке, – охранник неуверенно попытался вернуться к привычной манере беседы.

– Замечательно, – обрадовалась я, – раньше домой попаду. Мне ваще-то по фигу, отдам пакет или нет, я оклад получаю, не на сдельщине.

– Эй, стой! – занервничал домофон.

– Чего? – недовольно спросила я. – Мне неохота тут прыгать!

– Куда посылку уволакиваешь?

– Назад, в доставочную контору. Вы ж меня не впускаете…

– Стоять!

– Ты на меня не ори, – сурово сказала я, – твоя территория внутри. А снаружи общая. Ишь, разлаялся! На жену тявкай.