Индульгенция 1. Без права выбора

Чокнулись, выпили — а ниче так — вкусненько! И согревает хорошо.

Между первой и второй проклятье не пролетит — повторили.

— Ну, давай рассказывай, как все прошло, — Танька с любопытством сфокусировала на мне пьяненький взгляд.

Вообще-то алкоголь магов слабо брал, ну, и при желании можно было протрезветь за секунду. Но такой глупости тут никто не делал, потому что обычно цель прихода сюда была именно напиться.

— Чего рассказывать? Вихрь, гром, потом явился Переруг. Матерно меня обругал, пожелал мне побыстрей сдохнуть — ну, это он так благословляет, и все на этом.

— Во, кстати — это тема! Мы ж все будем в этом году поступать, — оживился Гиви. — Я тут пробил по своим каналам — набор будет сильный. А еще говорят, что Светлана, младшая дочь императора Светлых, тоже будет в этом году поступать в академию. А с ней вместе еще куча народа. Как бы не стали давить темных.

— Да херня это. Кристина Годунова уже на втором курсе.

— Это ты так думаешь. А я вот уверен, что заруба будет страшной. Прикинь, когда две высокородных красотки начнут делить территорию. У нас и Кристина-то характером не подарок. А у этой Светы — так вообще крыша поехавшая. Слухи ходят, что последнего своего жениха она так избила, что его родители жалобу подали.

— Да ты гонишь!!!

— Зуб даю. Мне отец рассказывал, что скандал вышел жуткий.

— Судя по всему, она скорей откусывает, — заржал я. — Так что не суй куда не надо."

"— Ага, тебе легко говорить. У тебя вон Навья есть. А я один-одинешенек. И никто на груди не пригреет, — попытался он под шумок положить руку на сиську Таньки, за что получил по морде. Но не обиделся — это у них своеобразный ритуал. К тому же о любвеобильности Трупкипанидзе легенды ходили, за что он уже бывал неоднократно избит ревнивыми парнями.

— Навья, ты тоже будешь поступать? -переключилась на нее баронесса.

Вообще, кто-то скажет, странно, что в компании графа и князя она столь вольно себя чувствует.