Имперский союз

Во время этих манипуляций он приговаривал дрожащим от волнения голосом:

– Удивительно… Превосходно… Непонятно… Это настоящее чудо!

Потом пан Антон оторвался от созерцания ручки и часов и впервые, по-новому, внимательно посмотрел на гостью. Он долго вглядывался в ее глаза, пытаясь понять – что за человек стоит перед ним. Ольга не отвела глаз от его гипнотического взгляда. Не знаю, что он там в конце концов высмотрел, но неожиданно лицо его побледнело. Ученик Калиостро резко отшатнулся от Ольги, да так, что едва не опрокинул на столике кофейник, и в испуге замахал руками:

– Матка Бозка Ченстоховска! Кто вы, пани?! – воскликнул он.

Бедный старик стал креститься дрожащей рукой, словно перед ним стояла не очаровательная петербургская дама, а нечистый в женской одежде, явившийся за его грешной душой прямо из преисподней.

– Успокойтесь, пан Гамулецкий, я совсем не та, за кого вы меня приняли… – сказала ему Ольга, осенив себя крестным знамением. Но Гамулецкий продолжал дрожать крупной дрожью.

Ольга с запоздалым сожалением подумала, что напрасно она пришла сюда и так сильно напугала старика. Как бы чего с ним не случилось…

– Пан Антон, – сказала она, – если вы все еще сомневаетесь в моем происхождении, то я могу прочитать вам «Отче наш»… – и, чтобы окончательно успокоить Гамулецкого, начала громко читать молитву, сначала по-русски, а потом по-польски. Католическому варианту этой молитвы ее в детстве научила бабка по матери, которая была полькой и, несмотря на членство в партии, регулярно ходила помолиться в костел, который находился в Ковенском переулке.

Услышав знакомые слова и увидев, что с гостьей не происходит никаких изменений (на голове не появляются рога, изо рта не вылезают клыки, а из ушей не валит дым), бедный пан Гамулецкий немного успокоился.

– Слава богу, – сказал он. – Значит, вы…

– Нет, я не… – ответил Ольга Гамулецкому на так и не высказанный им вопрос.

– Так кто вы? Я же вижу, что вы не из здешнего мира, – с дрожью в голосе спросил он Ольгу.

– Пан Антон, – ответила Ольга, – я действительно пришла сюда из другого мира, который отстоит от нынешнего на многие десятки лет. Но поверьте, что и там знают, помнят и гордятся великим механиком Антоном Марковичем Гамулецким, который с помощью примитивных инструментов и эмпирических знаний о природе сумел создать такие удивительные творения человеческого разума.

– Так вы из… – прошептал изумленный механик.