Имперский союз

Ну, это то же самое, что у вас делают, дабы предохраниться от оспы…

В этот момент дверь комнаты княгини отворилась, и в столовую вошли две дамы. Увидев Николая, они немного растерялись, но дружно сделали книксен, приветствуя императора.

– А, старая знакомая! – воскликнул с улыбкой самодержец. – Знаете, а я ведь догадывался, что вы прибыли к нам издалека. Только вот даже не предполагал, насколько. Ай да лгунишка, – Николай шутливо погрозил Ольге пальцем, – а ведь вы говорили, что прибыли в Россию из Североамериканских Соединенных Штатов… Нехорошо говорить неправду царю!

– Ваше величество, – кокетливо улыбнулась ему в ответ Ольга, – вы слишком строги к женщинам.

Ведь мы обожаем всяческие мистификации, да и редкая дама говорит всю правду даже законному супругу. К тому же скажите честно, ваше величество, если бы я рассказала вам при первой встрече – кто я и откуда, то вы вряд ли бы мне поверили?"

"– Конечно же нет, – ответил Николай. – Но вы-то, князь… Почему же вы сразу не рассказали мне о том, что к вам пришли гости из будущего? Ведь вы понимаете, что это дело государственной важности.

А вы, Владимир Федорович, скрыли это от меня.

– Ваше величество, – обратился к царю Сергеев, – позвольте мне ответить за князя Одоевского. Просим не гневаться на Владимира Федоровича. Ведь это мы попросили его никому не рассказывать о нас. Князь дал нам слово. Вы прекрасно понимаете, что информация о нашем появлении является тайной, и ее надо хранить от посторонних.

Ведь мы знаем то, что не знает никто в вашем мире – например, то, что произойдет в самом ближайшем времени. И этим знаниям цены нет. Мы уже не говорим о тех вещах, которые у нас есть. Вот, возьмем, к примеру, ноутбук, который показывает фильмы. Или, как сказал вам Владимир Федорович, «живые картинки».

Но помимо этого в нем хранится столько информации, сколько нет в самой большой библиотеке земного шара. А информация – это могучая сила. В ноутбуке хранятся тысячи фотографий нашего оружия, чертежи механизмов и устройств, за которые те же британцы не пожалели бы отдать столько золота, сколько бы мы ни запросили.

Но мы хотим, чтобы наши знания стали достоянием одной лишь России и не были использованы против нее.

Николай задумался.

– Господин майор, – сказал он, – в ваших словах я вижу резон. Действительно, о вашем существовании никто, кроме круга особо доверенных людей, не должен знать.