Империя включает форсаж

Про основное место работы тоже, конечно, не следовало забывать… ладно, будем совмещать полезное с приятным.

Итак, что мы знаем про компанию «Локхид»… она еще не «Локхид-Мартин», до слияния лет десять остаётся, производит авиационную технику. В войну выпустила порядка 20 тыс военных самолётов, в том числе половина из них это были Р-38 Лайтнинг… потом неплохо нажилась на корейском конфликте, выпуская первый в мире реактивный перехватчик Ф-94 Старфайр… далее в списке её удачных разработок значится например знаменитый U-2 Драгон-Леди, ну да, тот самый, который наши сбили под Свердловском в 60-м, а сбитого Пауэрса потом поменяли на нашего разведчика Абеля.

Но это всё древняя история, а в настоящем времени Локхид успешно делает и продаёт ВВС США транспортники С-130 Геркулес и С-5 Гэлэкси, очень удачные, этого не отнять. Что им могли поручить в рамках СОИ, подумал я… да наверно ничего, кроме авиационной компоненты этой системы — самолёты для противоракет воздушного базирования. Да, и насчёт руководства… ведущий конструктор там сейчас это Бенджамен Рич, я с ним пару раз пересекался в Голливуде, лет ему за 60, но выглядит неплохо, и язык у него подвешен правильной стороной.

Да, а самое-то главное состоит в том, что штаб-квартира у Локхила находится в городе Бербанке, это чуть севернее ЛА… Уорнер-Бразерс собственно там же сидит, значит что? Правильно, ставим на эту лошадь. Пока. За неимением других. А там посмотрим.

Про Инну ещё скажу пару слов — она, естественно, не в курсе моей второй жизни, я ей об этом ничего никогда не говорил, но не полная же она дура, верно? Так что догадывается кое о чём, но пока помалкивает.

"— Слушай, Сергуня, — сказала она, включив душ на полную катушку, мы там вместе мылись после поездки, — я конечно всё понимаю, и про твои шашни с КГБшниками, и про то, как ты случайно оказался в Америке, но если тебя опять посадят, что мы будем делать с Аллочкой? А если не посадят, а убьют — ты ж временами как маньяк адреналиновый прёшь прямиком в новые приключения? Тогда что?

— Что делать, Инночка, — вздохнул я, намыливая мочалкой её спину, — жизнь сложна и непредсказуема.