Императрица Мария. Восставшая из могилы

Кстати, в Омске уже находится английский пехотный батальон под командованием полковника Уорда, а также верховный комиссар Великобритании Чарльз Элиот, опытный дипломат. Насколько я знаю, он встречался с Вологодским в Харбине.

«Ну да, не противоречит, – подумала Маша, вспомнив, сколько рассказывал Николай о роли Британии в российских событиях. – Не противоречит, пока империя разваливается. Как там сказал Ллойд-Джордж, узнав об отречении папа? „Одна из целей этой войны достигнута!“ А вот как они себя поведут, когда поймут, что империя собирается вновь?»

Колчак молча наблюдал за раздумывавшей о чем-то царевной, как внезапно ожесточилось ее лицо, потом снова разгладилось и посветлело, стало опять мягким и приветливым.

– Каковы ваши планы на будущее? – спросила великая княжна, заглянув Колчаку в глаза.

Адмирал почувствовал, что краснеет. Он ждал этого вопроса и боялся его. Разговоры о диктатуре шли в Омске повсеместно, Директория стремительно теряла популярность. Колчак знал, что он рассматривается как один из кандидатов на роль диктатора.

– Говорите правду, Александр Васильевич.

Она как будто прочла его мысли. И Колчак решился.

– Первоначальные мои планы были не определены. Я не собирался задерживаться в Омске, а планировал отправиться дальше, на юг России, к генералу Деникину. Но в Омске был встречен радушно, оказалось, что я весьма популярен.

– Почему?

– В Омск приехали вы, Мария Николаевна, и боюсь, что всю колоду придется тасовать заново. И тасовать ее будете уже вы.

– Что вы имеете в виду?

– В Омске фактически составлен заговор по свержению Директории и установлению диктатуры как более эффективной формы управления в военное время.

– А кто второй?

– Теперь это не имеет значения!

– И все-таки?

– Генерал Болдырев.

– Мне кажется, Василий Георгиевич совсем не подходит для этой роли.

– Я тоже так считаю.

– Так что? – улыбнулась великая княжна. – Будете свергать Директорию?

– Буду, – решительно сказал Колчак. – Для вас буду, не для себя.