Императорский отбор для попаданки

Стояла, дерзко рассматривала его и вкладывала во взгляд все презрение.

Ворон заметил, оценил и послал ответный взгляд, насмешливый и суливший мне много хлопот.

— Меня, Эбрер беспокоит, как ваша супруга отнесется к вашему увлечению? — не остался в долгу принц.

— Не следует, Селебрин, увлекаться чужими делами, когда своих невпроворот…

Беседа начинала походить на обмен угрозами и компроматом. Очень интересно. Но и опасно.

Пока думала, как поступить, чтобы не навлечь на себя новых бед, Селебрин повернулся к Димее.

— Маркизетта, благодарю за прогулку.

Димка присела в низком реверансе.

Я повторила за ней, стараясь не обращать внимания на Ворона, однако его досаду, ярость и жажду приручить меня, ощущала кожей.

Зачем я советнику, тем более женатому?! Не знаю, но он точно не отступит. И плевать ему на мое упорство. Ворон добивается своего любой ценой.

Но сейчас, под негласной защитой Селебрина, я храбрая и злая. Невероятно хотелось влепить Советнику еще несколько пощечин, и не только их, потому что он подлец, негодяй, еще и изменщик! Тьфу!

Димке уходить от любимого не хотелось, однако она неглупая.

— Да, Ваше Сияние, — пролепетала она и как кроткая овечка пошла к дорожке. По пути едва заметно дала мне знак, чтобы следовала за ней.

Я быстрым шагом поскакала следом, уже выдохнула с облегчением, когда услышала вопрос принца:

— А где ваши туфли?

Вот глазастый! И ведь ждет объяснений.

Развернулась и, не сдерживая ехидства, ответила:

— Подарила фрею Эбреру.

— По назначению? — лукаво уточнил принц, подразумевая пощечину на отборе.

— Я воспитанная и скромная лея, — уклончиво ответила и, еще раз присев в поклоне, понеслась за Димкой, которая шагала быстро и недовольно сопела.

Глава 28

Сосредоточенная Димея вела меня по задворкам парка и молчала.

— Я не хотела нарушать ваше уединение, — первой заговорила я, искренне сожалея, что испортила романтичную встречу с принцем.

— Все потом! — она высунулась из-за колонны, огляделась по сторонам и махнула рукой, чтобы я следовала за ней.

Как две воровки, обходя людные места, мы пробирались через гроты. Потом, прячась за широкими стволами вековых великанов, крались до неприметного серого домика.

Изящная растительная резьба на каменных стенах придавала зданию воздушности, однако оно явно нежилое.