Императорский отбор для попаданки

— Не умирай, пожалуйста! — жалобно взмолилась и почесала пушистый лоб.

Кот поднял глазищи, и по неожиданно довольному, теплому прищуру вспыхнула надежда на чудо. Ему становится лучше!

— Мау, — отозвался Снежок. Я рассмеялась от счастья.

— Мы обязательно выберемся! — не знаю, кому я это говорила: ему или себе? Скорее, уверяла себя трусиху.

— Мя-а, — Снежок заозирался по сторонам, разглядывая сокровищницу."

"— Как думаешь, здесь много ловушек?

Пушистый спутник оживился, перевернулся на бок, чтобы лучше видеть, однако спускаться не собирался.

Я обходила зал медленно, старалась ничего не касаться, опасаясь тайных механизмов. А вот Снежку как будто вожжа в пушистое место попала: с круглыми глазами, ушками на макушке он удивленно вглядывался в места, которые казались мне пустыми.

— Что там? — шепнула я.

— Мау, — спокойно отозвался он, заверяя, что ничего страшного. Но вид у него, будто увидел нечто особенное, заманчивое. Глаз не сводил со стены.

— Это может быть ловушка!

Снежок повернулся ко мне, и я увидела его серьезные, умные, как у человека глаза.

— Ладно, — нехотя согласилась, что ничего страшного вроде бы нет. — Но если можешь говорить, объясни по-человечески: куда мы попали, что нам делать и как вернуться обратно? Мне надо скорее вернуться в резиденцию, иначе один маг, когда найдет меня… — я вздохнула.

Пушистый друг, почуяв в моих словах горечь, погладил по руке лапкой. Не кот, а настоящий друг!

— Ты Снежок хоть и прохвост, но лапочка, — улыбнулась ему.

Кот отпрянул после моего признания, и я грешным делом подумала: а он ведь тоже синеглазый, беловолосый как Эверий и слова принял близко к сердцу… На миг оцепенела, а потом с облегчением вспомнила: когда видела мага в парке, Снежок был у меня в руках. Значит, Снежок однозначно не Эверий. Фух!

Моська Снежка стала хмурой, расстроенной.

— Ты чего? — потискала друга. — Давай выбираться отсюда.

Не пискнув, Снежок, которому легчало на глазах, выбрался из моих рук, спрыгнул на пол и, задрав хвост трубой, уверенно направился к стене. Однако вскоре остановился и оглянулся, будто подзывая меня.

— Не пойду! — завертела я головой. — Да, я трусиха! И крови больше не дам!

Снежок прикрыл глаза, вздохнул, совсем как человек, а потом сделал поворот вокруг своей оси, разлегся на полу и опустил голову на лапки, всем видом показывая, что никуда не торопится.