Императорский отбор для попаданки

В комнату, громыхая сапогами, забежали гвардейцы. За ними Селебрин. И, увидев нас, барахтающихся, с задранными юбками, сверкающими панталонами, растрепанных и раскрасневшихся, застыли с оголенными саблями в руках…

Димка и я тоже замерли, под взорами мужчин, у которых от шока открылись рты. Принц вовсе застыл и не шевелился.

— А-а, мы тут… разминаемся… — все, что смогла вымолвить я.

Селебрин кивнул и, не сказав ни слова, круглыми глазами продолжил рассматривать нас. Лишь когда увидел короткие рыжие пряди, взлохмаченные как у клоуна, отмер: закрыл ладонью глаза, запрокинул голову и… расхохотался.

Он не мог остановиться, сотрясался от смеха. Гвардейцы, что окружали его, стояли красными, сжимали челюсти и изо всех сил пытались оставаться серьезными. Лишь когда кто-то не сдержавшись хрюкнул, Селебрин взмахом руки отпустил охрану.

Мужчин как ветром сдуло.

Принц же обошел кровать, нахально выбирая наиболее пикантный ракурс.

Я выпустила обмякшую, рыдающую горькими слезами маркизетту, чтобы поправить юбку.

Проводив ее взглядом, принц вытер глаза от слез, проступивших от безудержного смеха, подошел к двери, наклонился и крикнул:

— Ди, не переживай! Тебя ничто не испортит!

За дверь раздался вой.

Селебрин повернулся ко мне.

Я приготовилась к чему угодно, однако он удивил.

— Сочувствую вам, Ольха. Если маркизета станет нестерпимой, переходите в услужение императрицы.

Я? После такого позора?! Не веря ушам, пригляделась к Селебрину.

— Вы… Ваше Сияние, очень добры и любезны. Но… Я не брошу маркизету в беде, — а как бросишь, если привязана к ней намертво?

— Да-а, — покачал он головой и едва не прыснул от смеха. — Беда у маркизетты Рыжной. Что планируете делать?

— Можно мага позвать?

— Увы, правила одинаковы для всех претенденток. Магия на отборе запрещена, — развел он руками.

— А если мы навестим мага?

— Это можно, — кивнул. Улыбка не сходила с его лица, и мне, несмотря на все, что сделала пакостного Димка, стало ее жаль.

— Не грусти, Ди! — крикнул принц, уходя. — Я найду того, кто это сделал!

«Чтобы наградить…» — почему-то подумалось мне по взгляду его довольных глаз.

Глава 31

Панибратские слова принца, что Димею ничего не испортит — можно понимать двояко, только влюбленная натура пылкой маркизетты однозначно истрактовала их как издевку.