Я уже граф. Книга VII (СИ)

 — заикнулся командир родовой армии Трубецких.

— Потому что я так приказываю! — прошипел граф. — Этот щенок в последнее время слишком много о себе возомнил! Пора показать, что не все так радужно…

— Но я слышал, что его слуги…

— Женя, — Трубецкой вздохнул. — Мне передали, что они улетели в Широково, поболеть за своего любимого господина. Дом и окрестности полностью в нашей власти. Разве что пара конюхов, да и армия, которая состоит из новобранцев. Ну возьми побольше людей! Что я тебя учить должен?!

— Есть, — ответил командир, и Трубецкой повесил трубку.

Граф потер переносицу и прикрыл рот ладонью, чтобы никто не увидел его хищной улыбки. Если в данный момент нападать на Бердышева слишком рискованно, то на его любимчика, почему бы и нет? Его поместье как на ладони. Очень уж ему хотелось сорвать на ком-нибудь гнев. Кузнецов подойдет. Он же всего лишь какой-то барон и вассал ничтожества Бердышева!

* * *

Нас в автобусе было уже трое.

— Н-да… Скучновато, конечно, — пробубнила Лора. Она сидела рядом, закинув ноги на сиденье спереди.

И впрямь — действий ноль. Появился еще один альянс, но толку от него? Трое студентов из Московского, Казанского и Якутского институтов объединились, но они быстро бросили шарахаться по лесу и устроили привал. Развели костер и расставили ловушки вокруг стоянки. Один из них неплохо владел радар-магией, которая, как я понял, предупреждала о приближении всего живого в радиусе ста метров.

Наконец, показались и монстры, которые обитали в метеорите.

Группа Маши, Светы и Трубецкого продвигалась к центру.

— Переславская Виолетта нашла сферу! — прогремел голос Белозерова.

Ага, наконец начался движ! Обе группы ринулись к девушке. Плюс еще шесть одиночек забегали.

И похоже, что все участники, кроме меня и Светы с Машей решили, что нашли себе идеальную жертву…

* * *

Поместье Кузнецовых.

'Ух, как красиво увернулся от удара Московский студент! Все же ранг Специалист, а не хухры-мухры.

И-и-и-и-и-и! Поздравляю! У нас третий участник финала'.

Боря сидел в глубоком кресле с большой корзиной попкорна и во все глаза смотрел Универсиаду.