Игры в любовь и смерть. Книги 1-3

Ведь совершенно очевидно, что вы отсюда не уйдете. По крайней мере, живой!

— О, я к этому готова. Я слишком хорошо вас знаю и сама собиралась предложить вам свою жизнь в обмен на жизнь Элизабет.

— Если принять во внимание вот это, — сказал Понталек, взяв в руки один из двух пистолетов, — то, похоже, вы скорее собирались отобрать мою жизнь.

Надо признать, что вы удивительно упорны и непотопляемы! Вам все нипочем, вы обходите любые, самые хитроумные ловушки. Вот и гильотины избежали, на которую я так хотел вас возвести! Роль жертвы вам была бы так к лицу! Вы же предпочли роль низкой доносчицы, действуя на пару с Фукье-Тенвилем.

— А сами вы не так же поступили?

— Минуточку! Я донес на некую Лауру Адамс. Маркиза де Понталек даже не упоминалась!

— Так и с общественным обвинителем говорила тоже Лаура Адамс! Мы квиты!

— Вы так считаете? Вас-то Термидор спас, а мне пришлось бежать…

— Прихватив заодно все, что мне принадлежало, ограбив Лодренэ. Это кресло тоже хорошо мне знакомо…

— Вы все путаете! Имущество принадлежало мне по праву.

— Ни в одной стране мира убийца не наследует имущество своей жертвы. Кроме того, вы были двоеженцем, а значит, этот второй брак считался недействительным.

— Разрази меня гром! Своей искушенностью в нотариальных делах вы не уступите любому крючкотвору! В таком случае, быть может, вы и завещание уже успели составить?

— Да, вы не ошиблись. Я назначила полноправной душеприказчицей моего друга, графиню де Сент-Альферин!

На этот раз маска разразилась самым настоящим приступом хохота, и Лаура, не понимая, что смешного могла она сказать, подумала, что такой демонический смех мог свидетельствовать только о полной потере рассудка.

— О, вы неподражаемы! Но как неловки! Мне придется теперь убить эту старую клячу, чтобы права на наследство перешли к вашей дочери! Хотя что-то мне в это не верится. Когда любят, так не поступают.

— Разве бы вы поверили, если бы я сказала «нет»?

— Вот видите, как все устраивается! А теперь я сдержу свое слово и покажу вам дочь. Гайд! — крикнул он. — Приведи девчонку!

Явилась красавица трактирщица. На руках она держала Элизабет, уснувшую и положившую головку ей на плечо. Лаура с болью отметила, что личико девочки стало бледным, на щеках были заметны следы недавних слез. Должно быть наплакавшись, она уснула.