Игрушка по неволе 2

Мне казалось, что наша близость многое изменила, сделала нас откровеннее и разрушила часть стен. Оказывается лишь, что я выдумала себе всё это. Секс — это просто секс…

Свернувшись на кровати в своей спальни, накрываюсь одеялом, потом ещё и пледом. Я тру ледяные пятки одна о другую, тщетно пытаюсь согреться. Замерзаю лишь сильнее.

В комнате уже светает… Ночь пролетела незаметно.

За разговорами и спорами.

Слышу, как на двери поворачивается ручка. Я закрылась изнутри, но у Рустама есть ключи от всех дверей, а если такого не найдётся, он мастерски использует любую из отмычек.

— Багратов прав, Анжела. Я знаю, что тебе это не нравится. Но мы поступим так, как он советует.

Вот так с порога, без прелюдий и попытки найти компромисс Рустам толкает меня в гущу событий."

"— Если это было всё, то можешь уйти. Зачем стоишь и смотришь на меня?! Тебе же плевать!

Рустам закрывает дверь и быстрым шагом пересекает комнату. Он садится на кровати, и от него пахнет сигаретным дымом. Рустам не курит, курил Дамир и от этого сигаретного дыма пропиталась одежда Анварова.

— Ты обижена. На нервах. Я тоже переживаю. Хочу сделать как лучше.

— Сначала ты говорил, что мне безопаснее будет здесь. В Европе. Рядом с тобой. Теперь ты хочешь отослать меня. Одну.

— Не одну, — возражает Анваров. — С Дамиром. Он не позволит случиться дурному. Это не прихоть. Это необходимость. К сожалению, твоему отцу теперь нет веры на слово. Он пообещал, что подумает и не будет выступать открыто. Сам же подослал к нам ночью убийц, чтобы избавиться от меня и забрать тебя.

— Ты уверен, что это были люди отца? Багратов сказал, что это какие-то наёмники…

— Кому ещё так сильно необходима моя смерть, если не твоему отцу? — резонно спрашивает Рустам.

— Багратов говорит, что папу проще убить.

— Ну как сказать. Проще лишь в том, что никто не будет пытаться отнять тебя. Что касается всего остального, я бы не был так самоуверен.

Мне горько слышать эти слова и я обижена на Рустама. Потому что я немного открылась ему, а он снова холоден.

— Пообещай, что не убьёшь Тихонова, — внезапная просьба срывается с моих губ.

— Что?! Я думал, что ты не в восторге от своего отца.