Игрушка по неволе 2

Об убийстве он говорит, как о покупке тушки курицы для приготовления ужина.

— Нет… Не надо, — прошу сдавленным голосом. — Просто не бывает стопроцентной защиты. Он…

— Так забавно! — хмыкает Тихонов, опускаясь в кресло. — Ты защищаешь его? Почему?!

Светло-серые глаза Тихонова смотрят на меня с искренним любопытством.

Новость Влада сорвала отца с важной встречи — на нём прекрасно смотрится роскошный костюм, стоящий целое состояние.

Но даже роскошной одежды от дизайнеров с мировым именем недостаточно, чтобы скрыть хищные повадки человека, привыкшего иметь дело с криминалом.

"Я очень сильно хотела узнать, каков мой настоящий отец. Но теперь мне немного страшно. Лучше бы отцом был трусоватый Григорий — так было бы понятнее, почему у меня такой мягкий характер.

— Потому что я не радуюсь тому, что проливается кровь. Получилось так, как получилось. Ты и сам прекрасно знаешь, что я не нужна Анварову. Это было временное увлечение. Для него, — заставляю себя говорить эти слова, а они ранят глубоко в сердце.

— Временное развлечение для него, но последствия достались мне.

Тихонов думает лишь о себе. Он трёт указательным пальцем подбородок.

— Всё равно он мне не нравится. Наглый. Дерзкий. Убить хочется… — размышляет вслух.

— Не надо. Я… я тебя совсем не знаю, как отца. Я хотела бы узнать тебя поближе и гордиться тобой, а не бояться.

Выражение глаз Тихонова смягчается. Он подзывает меня к себе жестом. Останавливаюсь напротив, отец наклоняет меня к себе, поцеловав в щеку.

— Хорошо, красавица.

— Твой бизнес пересекается с его бизнесом?

— Ни с его бизнесом, ни с бизнесом его братьев я не пересекаюсь, — чётко отвечает Тихонов. — У нас разные сферы… интересов, — хмыкает он.

— Спасибо, что прислушался ко мне.

— Но от плода придётся избавиться! И это не обсуждается, — жёстко говорит Тихонов.

— Папа, я ещё не рожала.

— Я отдам тебя в самую лучшую клинику, Лика. Не переживай. На маленьком сроке вроде дают таблетку и это безопасно.

— Но я…

— Послушай, дочка. Я пошёл тебе на уступки. Теперь — твоя очередь. Будешь упрямиться — прикончу Анварова просто за то, что он засрал тебе мозги. От ребёнка придётся избавиться в любом случае.

Тон отца не подразумевает возражений. У Тихонова начинает трезвонить телефон — громко и очень настойчиво.

— Извини, это очень важно.