Игрок, забравшийся на вершину. Том 11 (СИ)

- Это был его первый бой на смерть, и он, кстати, мне сильно помог.

- Не сомневаюсь. По силе он напоминает меня в детстве, до того как я обрёл божественное тело.

Юный Радермин, услышав это, тут же вскинул голову, взглянув на Барал?Дага. Было очевидно, что это не просто любопытство, так как мальчик с едва скрываемой тревогой посматривал на свою госпожу.

- Что такое? Наконец-то тебя заинтересовало хоть что-то помимо мяса и нашей маленькой Пандо… Ай! - Мужчина тут же вскрикнул, получив ногой под столом, и, виновато улыбнувшись, в которой раз извинился: - Прости, ты совсем не маленькая.

Вернувшись к тому, на чём его прервали Барал?Даг, обратился к юному церберу, наблюдая за его реакцией.

- Прошу, не начинай. - Девушка строго посмотрела на друга, но тот, всё так же улыбаясь лишь одними губами, не обратил на неё внимания.

- Ну так что? Рассказать?

Мальчик взглянул на Пандору, словно ожидая разрешения, и та, не сумев отказать ему, лишь вздохнула и, покачав головой, вновь приложилась к кружке.

- Божественное тело — это пассивный навык невероятного уровня. Имея такое тело, ты будешь невосприимчив к проклятиям и прочим «тёмным» заклинаниям. Даже убить тебя будет не так-то просто. Более того, с таким телом сильно возрастают способности к изучению и развитию техник, связанных с использованием физических возможностей тела и его составляющих: крови, костей, мышц, сердца и прочего. Вижу по твоим глазам, что тебе очень хочется получить такое тело, да?

Мальчик тут же жадно кивнул, и, увидев это, мужчина внезапно стал серьёзным.

- Ну, конечно. Только вот не всё так радужно и волшебно, дружок. - Барал?Даг пустым взглядом заглянул в свою кружку и, мощным рывком допив содержимое, заговорил, вытерев рот: - Тебе знакомо выражение «желать смерти»? Хотя откуда? Ты ж ещё совсем юн. Так вот, «желать смерти» - это когда тебе становится настолько невыносимо больно, что ты готов умереть, лишь бы прекратить мучения. Ты готов буквально на всё. Все твои принципы и идеалы стираются, и ты готов умолять любого, кто сможет подарить тебе сладкую, маячащую где-то впереди, но недостижимую смерть.

Радермин сглотнул, а затем спросил:

- Как… Как же вы тогда пережили это?

- Чудом, малыш. Невероятным, мать его, чудом…

На этих словах сцена расплылась, и Ворон снова оказался в большой пещере.

Цербер был прав.