Игра не для слабых: Загадка башни

Думаю, этого будет достаточно, чтобы главы великих домов увидели в нём нового лидера.

— А затем? — отблеск трубки вновь выхватил из тьмы ухмыляющиеся губы главаря. Он был доволен ходом мыслей вояки.

— А затем вся королевская чета отправится в морское путешествие. И сгинет во время внезапно налетевшего шторма, — закончил свою мысль солдат.

Главарь немного помолчал. Затем хлопнул ладонью по столу и подытожил.

— Рад, что я не ошибся в тебе, Вульхар. Приступай.

— Слушаюсь, — солдат проскрежетал ножками стула по старым доскам пола.

Некоторое время он сидел, молча вертя её между пальцами. Затем отложил тлеющий огонёк в сторону и снова зашёлся в тяжелом приступе кровавого кашля. Продышался. Отхлебнул из кружки. И посмотрел прямо на меня.

— Опять слушаешь, да? — хмыкнул он, — Прячешься в тенях? Наблюдаешь? Ждёшь? Или, быть может, тебе самому есть что сказать? Если так, — губы главаря изогнулись в хищном оскале, — Выходи и говори.

Ответом ему была тишина, белёсой дымкой повисшая в комнате. Со двора доносился лязг клинков и резкие окрики команд, иногда перемежающиеся ржанием коней. Солдаты собирались в дорогу.

— Надеешься меня пережить? — полуутвердительно спросил главарь, — Что ж, это вполне возможно. Я, как видишь, умираю. Ещё полгода, может быть год и я превращусь в такую же проблему, какой стал ты. Вот только не надейся, что для тебя на этом всё закончится.

Мир начал меркнуть. Проваливаться в густую, клубящуюся темноту. Первой исчезла комната. Затем тонкий луч света, что пробивался между плотно закрытых ставен. После, остался лишь отсвет тлеющего уголька на испещрённом шрамами подбородке. Он и хищная, но в то же время вымученная ухмылка.

А затем я проснулся.

Глава 12

«Любовь и кровь»

Несколько одиноких пылинок плавали в тонком луче бледного света, пробивающегося между неплотно прикрытых ставен.

Начинался новый день.

Я ещё раз моргнул, пытаясь окончательно разлепить веки, чуть приподнялся на локтях и окинул взглядом комнату. Она представляла собой интересное зрелище. На спинке грубо сколоченного стула висело красивое зелёное платье. У его ножек валялись пара ботфортов, ботинки и чёрные набивные штаны.