Игра фантазий

– Тогда, бога ради, ответьте мне, какого дьявола вы вытворяете?! – Прогремел он, резко повысив тон. – Я плюю на дерзкие взгляды своих деловых партнеров из-за вашего поведения, я пропускаю из-за вас важное совещание, я получаю назад свою разбитую машину после вашей шальной прогулки. А что делаете вы? Ищите на свою маленькую задницу новых приключений. Зачем?!

Виновно опустив голову, Микелина пожала плечами.

– Я не знаю. – Честно сказала она, пытаясь подобрать правильные слова в свое оправдание. – Я всегда была такой… неуправляемой.

Недоуменно покачав головой, Рикардо устало потер лоб ладонью.

Эта девица сведет его в могилу.

– Я, кажется, просил вас переодеться. – Сухо напомнил он, подняв на нее свой взгляд.

Мгновенно позабыв о былом разговоре, Микелина враждебно насупилась.

– Этот наряд одобрили и купили вы. – Надменно произнесла зеленоглазая зазноба. – С какой стати вас стали не устраивать выбранные вами же вещи?

Предупреждающе покачав головой, Рикардо слегка наклонился вперед.

– Этот наряд подразумевал мое непосредственное присутствие. – Резко проронил он, вновь теряя терпение от ее нескончаемой дерзости.

– Ну так не я от вас сегодня весь день убегала.

Его ангельское терпение было награни. Гневно сузив глаза, мужчина крепко вцепился пальцами в подлокотники кожаного кресла.

– Вы, кажется, пришли сюда, чтобы просить прощения за свою очередную бредовую шалость. – Холодным тоном надменно спросил он. – Разве так его просят?

Микелина тотчас замолчала, вновь вспомнив, что из-за ее выходки вполне добросовестный охранник может потерять свое рабочее место.

Обычно ее мало интересовала судьба других людей, но, возможно, из-за приснившегося кошмара, а, возможно, из-за того, что она сама угодила в довольно непростую ситуацию, ей по-настоящему захотелось помочь невинному человеку, который не сделал ей ничего плохого, а лишь просто выполнял свою работу.

– Простите меня, синьор. – Тихо сказала она.

– На хрен мне твои извинения.

Глубоко вздохнув, Моретти буквально ввалился спиной в мягкую спинку своего кресла.