Игра фантазий

Оливия Хант поистине наслаждалась происходящим. Быстро переняв на себя роль полноценной хозяйки вечеринки, она без умолку общалась, веселилась, смеялась, вела себя так, словно всю жизнь провела на подобных мероприятиях. Невольно увидев в ней саму себя, Микелина конвульсивно сглотнула.

Боже, неужели она точно такая же? Ветреная, пустоголовая женщина, которая видит лишь тех, чей карман и авторитет мог бы привлечь ее внимание.

Столь сногсшибательное открытие прервал слегка насмешливый голос подруги:

– Если бы не эта выскочка, которая так бесстыдно выделывается перед камерой изрядно вспотевшего репортера, я бы сказала, что ты выглядишь вполне умиротворенной.

Микелина иронично хмыкнула. Да, действительно, если бы не Оливия Хант ее по праву можно было бы считать самой счастливой девушкой на земле.

– Знаешь... – Откровенно призналась она. – Порой мне кажется, что со времен заключенной между нами сделки, именно я хочу затащить его в постель, а не он меня.

– О, брось печалиться! Не вижу никакой замены. – С откровенной насмешкой отмахнулась Ирис. – Здесь даже нет достойных кандидаток.

– Почему же? – Со стороны наблюдая за веселящейся Хант, мрачно отозвалась молодая девушка. – Видишь, какая она хорошая: не пьет, не ест, какое-нибудь эротическое белье в мужском журнале рекламирует… или, правильнее сказать, сиськи? Мой отец убил бы меня за такую профессию.

Ирис громко рассмеялась.

– Ну, где твой отец, а где ее. У вас разные весовые категории, милочка.

Мике шумно вздохнула, с радостью взяв с подноса принесенный официантом коктейль.

– Но почему-то ее категория сегодня заметно превышает мою... – С заметной долей грусти тихо проронила она, встав со своего места."

"Оливия перебралась на другую сторону палубы, поэтому, чтобы ненароком не попасть в объектив увлеченного съемкой корреспондента, молодая девушка ринулась в противоположном направлении.

В очередной раз поразившись красоте этого сказочного места, до ее слуха вдруг долетели голоса вернувшихся на палубу мужчин.

– Что ж, Моретти, рад был иметь с тобой дело. – Радостно произнес стоящий позади Бертран.