Идеальный мир для Лекаря 18 (СИ)

— Ты же понимаешь, что все не влезут? У меня большой самолет, но не настолько же…

— Так ты выгрузи оттуда хотя бы половину трофеев, — предложил майор, а я аж опешил от такой наглости. Выгрузить трофеи? Да никогда!"

"Но и оставлять Гордых здесь тоже было неправильно. Потому пришлось сделать несколько ходок, и каждый раз нас пытались сбить диверсанты. Стало понятно, почему Коганов не хотел отправлять своих бойцов пешком. В любом случае, по пути они встретили бы засаду. Кстати, никто уже не интересуется, почему защитный купол вокруг моего самолета выдерживает столько атак.

Уже к вечеру самолет стал заходить на посадку, и вскоре открылся задний люк. Мы с цесаревичем вышли на улицу, и он заозирался по сторонам, не понимая, куда мы приземлились. Вокруг люди, вспышки камер, какие-то журналисты пытаются перекричать друг друга, и лезут со своими микрофонами.

— Почему вы сбежали?

— Вас пытали?

— Правдивы ли слухи, что вы теперь евнух?

— Они надругались над вами?

— Вот этого, этого, и этого! — указал я на самых наглых журналистов. — Выбрось их отсюда.

Внутри самолета заискрили два светящихся глаза, и за нашими спинами появился железный исполин, пусть и в леопардовой раскраске. Боевой «костюм» медленно направился вперед. Журналисты стали расступаться, и все вопросы мигом прекратились.

— Вы не посмеете! Я работаю в Вестнике Империи! Мы — самое влиятельное новостное агентство! — воскликнул один из них.

— Вот с этим можно грубо, — указал на него, а «костюм» отправился выполнять приказ.

Уже через минуту журналисты стали куда более вежливыми и прекратили задавать тупые вопросы, а я вышел вперед.

— Я надеюсь, больше не придется применять силу? — посмотрел на них, а те так и стояли молча. — Молодцы! А теперь посмотрите фото и видеоматериалы, — показал им планшет.

И на всех этих кадрах самые внимательные журналисты могли увидеть, что на плече цесаревича сидит голубь в темных очках. Приставил к наследнику престола телохранителя, чтобы быть полностью уверенным в его безопасности.

— Михаил… — ткнул меня в бок цесаревич.