Идеальная Эльза

Глаза Ганса блеснули.

– Это для вас неожиданность, Эрре? Катарина рассказала мне об этом в один из вечеров за бокалом кларета… Ваша мать, разумеется, быстро узнала об измене, жены всегда это узнают. И тогда ваш отец, желая загладить свою вину и укрепить узы брака, согласился взять приемного ребенка в семью. Ведь здоровье вашей матери не позволяло ей произвести еще одного ребенка на свет. Так в вашей жизни появился Маттиас. По словам садовника Фридриха, он был дрянным мальчишкой,и приют с радостью с ним простился.

Но вот что мне непонятно – поначалу Маттиас вел себя пай-мальчиком, верно? Ваша мать была очарована им. Но потом он резко изменился, начал воровать вещи. Зачем?

– Какая разница? – пожал плечами Кристиан, все ещё глубоко удрученный тем, что пошел по стопам отца. – Его истинная суть взяла верх, вот и все.

– Это неправильно, – не согласился с ним Ганс. - Маттиасу было уже тринадцать, по меркам приюта – взрослый челoвек. Для чего ему рубить сук, на котором он так удобно уселся? Мелкие кражи – полная ерунда по сравңению с блестящим будущим, которое открывала перед ним семья Эрре.

Он мог жить в довольстве и богатстве многие годы, но предпочел снова оказаться на улице. С той минуты, как я услышал эту историю, этот вопрос не давал мне покоя. Вы были ещё ребенком, Кристиан, и ваша память – ненадежный свидетель. Тогда я обратился за помощью к Морицу. Ваш камердинер припомнил, что Маттиас всегда вел себя с прислугой высокомерно, но совершенно преобраҗался в присутствии ваших родителей. Он действительно хотел им понравиться, хотел остаться в этой семье. Что же ему помешало?

– Что? - Кристиан совершенно не понимал, для чего им копаться в мотивах Вaйса, но слушал эти рассуждения внимательно.

Прежде чем ответить, Ганс ухватил крепкими зубами кусок пирога побольше, прожевал его, запил чаем, а потом ухмыльнулся:

– Кто-то его заставил покинуть ваш дом, Эрре. Помните, от кого вы узнали, что Маттиас Вайс и Дженарро Манчини – один и тот же человек?

– От старика Ли, – ответил Кристиан, спрашивая себя, почему ему самому подобная осведомленность не показалась подозрительной.

Возможно, он считал старика Ли всемогущим?

Ганс торжествующе поднял вверх указательный палец.

– Вот, – сказал он с довольным видом. - Старик Ли, конечно, знает многих в этом городе, но не всеx же. Меня как будто осенило, Эрре, понимаете? И я сразу помчался к садовнику Фридриху.