Идеальная Эльза

– На следующей неделе у нас торжественная закладка первого камня больницы для бедных, – ответил Кристиан. – Эльза пришлет вам приглашение.

Ах, как ему не хватало Катарины. Οна бы сделала все – и отправила приглашение,и собрала бы газетчиков,и нашла бы дом, и договорилась бы с Лолой Пратт об организации бaла.

Ну для чего ей понадобилась идти против Кристиана!

Только после того как Гертруда Штайн покинула их, Ганс, кажется, начал дышать.

– Как она может… – произнес он едва слышно, – за этого Коха… Он же потаскун и дурак.

Эльза обеспокоенно посмотрела ему вслед.

– Найдите мне нового секретаря, – взмолился Кристиан.

– Конечно, – ответила Эльза задумчиво.

К Грете Саттон Кристиана никто не приглашал, но ему было плевать на это. Настолько, что он даже не боялся, если его выкинут за шкирку, как нашкодившегo конюха."

"Фейсар должен был забрать Эльзу из магазина готового платья, и теперь они ждали его, слушая ворчание госпожи Фабер.

– Моя работы была безупречна, - сварливо выговаривала им старушка, стараясь на смотреть в сторону нового наряда Эльзы.

Простая прямая юбка из яркого пурпура, серый строгий жакет, контрастирующий с цветом юбки, к высокому воротнику белоснежной блузки Кристиан лично прикрепил бриллиантовую брошь, в центре которой разместился золотой гульден. Тускло поблескивали лилии на аверсе, утопая в ослепительном сиянии ограненного алмаза.

Это было единственным украшением, и Эльза приняла его с должным пониманием.

Кристиан не хотел, чтобы Эльза явилась к Саттон в образе сиротки, которая с помощью хитрости и коварства урвала немножко деньжат. Не подходило ей новомодное вычурное платье, хоть тресни.

Он собирался представить разумную и энергичную молодую женщину, которая собиралась выпустить на рынок пурпурные ткани и которая открывала собственную фабрику.

И гульден в обрамлении бриллиантов знаменовал собой то, что Эльза твердо стояла на ногах и умела распоряжаться деньгами.

Никто, кроме мэтра Шварца и Хельги, не знал, что на самом деле фабрика принадлежала Кристиану, и это его полностью устраивало. Он предпочитал оставаться в амплуа коммерсанта и будущего банкира, оставив на Эльзе проект, который многие бы сочли слишком cомнительным.

Фейсар прибыл с математической точностью и заявил с порога:

– Боже, Эльза, вы обворожительны.