Ярость

Что? Такси в моем городе не хочет меня везти? Что происходит? Они все с ума посходили, что ли?

Джек продолжает двигаться к машине. Водитель опускает руку. Он не похож на верующего, но на лице у него написано, что, будь у него крест, он бы поднял его, чтобы отринуть это обгоревшее исчадие ада. Кажется, хочет уехать (даже не думай об этом, парень), но потом меняет свое решение. Выскакивает из машины и бежит по направлению к Пятой авеню.

Джек останавливается и смотрит ему вслед. Ну и дела. Что сегодня происходит с людьми? Первое его побуждение — догнать этого негодяя и поучить его хорошим манерам, но перед ним стоит машина, двигатель работает, дверь открыта, как бы приглашая его внутрь.

Похоже, придется ехать самому.

Но за руль он садится с некоторыми колебаниями. Салон машины напоминает помойку. Пустые бутылки, бумажки от «сникерсов» и печенья, шелуха от фисташек — все это толстым слоем покрывает пол. Слышится какая-то варварская музыка — кажется, поют на фарси. Но во всяком случае, приемник на месте.

Чего не скажешь о воздушной подушке: отделение, где она должна находиться, похоже на разинутый беззубый рот. Либо ее украли, либо она отработала свое, а водитель не удосужился ее заменить.

Совершенно неподходящее транспортное средство для такой важной персоны, как доктор Джек Моро, но выбирать не приходится. Джек включает передачу и трогается с места.

Минуточку. А куда же он едет?

Прочь из города, вдруг мелькает у него в голове. Скорее, скорее.

Он не помнит, почему ему надо отсюда бежать.

Но мысль эта глубоко засела у него в мозгу. Так куда же он едет?

Когда Джек проезжает мимо горящей машины, его вновь охватывает ярость. Он знает, кому она принадлежит. Драговичу. Этот сербский ублюдок послал своих прихвостней, чтобы они его похитили и привезли — куда? Да на его виллу в Хемпто-не, туда, где Джек давеча намусорил.

Теперь он знает, куда надо ехать.

— Ты хотел поговорить по душам, Драгович? — кричит он, сворачивая к мосту на Пятьдесят девятой улице. — Давай потолкуем!

Джек вздрагивает, когда видит свое отражение в переднем зеркале.

На него смотрит какой-то незнакомец с измазанным сажей лицом, обгоревшими бровями и всклокоченными волосами. Внезапно он осознает, что лицо это — его собственное.

— Черт бы тебя подрал, Драгович! — кричит он, ударяя по рулю. — Ты за это заплатишь!

Въехав на мост, он жмет на газ. Такси кое-как прибавляет скорости. Солнце светит как-то особенно ярко, а вот птицы летают слишком медленно.