Гримуар темного лорда VIII

И я уже предупреждал, но повторюсь снова. Я не полезу примирять графа Селезнёва с Романовыми. В этот раз разбирайтесь сами.

— Сын, — обратился Владимир

I

к Егору, — это не слова будущего наследника. Советую тебе уже сейчас объяснить графине всю ситуацию.

— Нет, — тут же ответил Егор. — Я здесь только потому, что подчинился твоему приказу. Хочешь устраивать смотр войск рода Селезнёвых? Пожалуйста. На это у нас есть полномочия. Остальное — без меня.

В этот момент капитан гвардии Селезнёвых создал полог тишины, который распространился на Графиню и её отца.

На лице князя Нарышкина заиграли желваки, а Наташа побледнела. Стоило пологу исчезнуть, как к ним обратился император.

— Рассказывайте, что там произошло. Ваша кровь передаёт насколько сильно вы нервничаете.

Нарышкин посмотрел на дочь, и со злой ухмылкой, ответил.

— Ничего стоящего Вашего внимания не произошло. Просто воры, пытавшиеся проникнуть в ангары с оружием, были полностью уничтожены.

— В КАКОМ СМЫСЛЕ УНИЧТОЖЕНЫ? — сорвался со своего места Судоплатов.

— Одиннадцать! — ответил Понтяев и, воспользовавшись шоковым состоянием Судоплатова, отточенным движением провёл захват руки, как учил его Кореец, и поставил на болевой.

— Ай-йа-яй! — закричал Судоплатов. — Смерд, отпусти меня! Ты хоть знаешь на кого руку поднял?

Понтяев даже не шелохнулся. Он смотрел на графиню и ждал её указаний. Стоило ей подать знак, он отпустил Судоплатова.

"Князь развернулся и потянулся к кобуре…

— ХВАТИТ! — вновь вмешался Егор. — Если достанешь пистолет, он будет вправе убить тебя. Он капитан гвардии. Ты находишься на земле его сюзерена. К тому же здесь его госпожа! Это мы вторглись на их территорию. Павел Анатольевич, мне продолжать?

— Мы — Романовы! — воскликнул Михаил. — Мы имеем…

— Право нарушать законы, написанные нашими предками? Мы сами дали Великим родам право создавать новое оружие.

Судоплатов с гневом смотрел на Понтяева.

— Нельзя оставлять безнаказанным действия этого смерда! Я хочу сатисф*… (сатисфакция — это удовлетворение за оскорбление чести, обычно в форме дуэли, поединка с оскорбителем).

— Это личный ученик Селезнёва, — перебил Егор начальника Центра подготовки Теней. Принц прищурился, пристально смотря на капитана Понтяева. — Носить бутафорский артефактный жетон считается грубым нарушением. И не стоит говорить, что он настоящий.