Яма (СИ)

В груди образовался какой-то немыслимый каламбур из эмоций.

""Мамочки…""

""Божечки…""

""Господи, помоги…""

Градский поднялся. Небрежно выбросил в урну выкуренную практически до фильтра сигарету и, повернув бейсболку козырьком назад, уставился на нее в упор.

У Ники внутри все нервные окончания затрещали, а он все смотрел, и смотрел, изучая ее без всякого выражения. Пришлось самой взгляд отвести, ибо стало невыносимо выдерживать этот контакт.

— Что ты хотел, Сережа? — проговорила на выдохе максимально ровно, имитируя инфантильную героиню затрапезного мелодраматического сериала, который смотрела летом с бабушкой.

Для верности в конце даже вздохнула и, возвратив на него распахнутые глаза, замерла.

Градский заторможено моргнул и хмуро сдвинул брови.

""Не перестаралась ли?""

""Наверняка перестаралась…""

""Блин… Больше так не надо""."

"Ей нужно было оставаться спокойной. Выдержанной. Хладнокровной.

Только ничего не получалось.

В груди все кипело.

В таком случае ей бы помолчать. Дождаться ответной реакции.

Понять настрой Града. Но из-за дурного волнения ничего не выходило. На языке вертелись нелепые предупреждения и угрозы.

В нервном порыве озвучила, к сожалению, самые бредовые.

— Имей в виду, у меня третий дан по дзюдо, — выговорила с паузами между словами, вроде как, неторопливо и спокойно.

Наврала, конечно. Секцию дзюдо она посетила один раз. Пару лет назад в их городок занесло неудавшегося спортсмена, женился он на местной королеве красоты — дочери главы администрации. Организовал свою секцию, видимо, рассчитывал на достойный заработок.

Для привлечения народа Аркаша, так прозвали молодого тренера, заявился с официальным визитом в гимназию Доминики и пригласил всех желающих на бесплатное вводное занятие. Каким-то непонятным образом она оказалась среди взбаламученной толпы школьников. Только не прошло и десяти минут, как до Ники дошло, что делать ей в секции нечего. И вообще, как заявил физрук, из года в год снисходительно рисующий в журнале ""отлично"", Кузнецова и спорт — абсолютно несовместимы. Правду сказал, обижаться глупо. Для Ники уроки физкультуры — та еще каторга.

Чего не скажешь о Градском…

""Самоуверенный мускулистый кретин!""

На ее глупое предупреждение он отреагировал вопиющей мерзостью. Несколько раз оценивающе прошелся по ее фигуре. Неспешно. Нагло. Откровенно. С ног до головы.

Нику затопило смущение. Буквально бросило в жар. Горели не только лицо и шея. По ощущениям догадывалась, что красные пятна пошли по всему телу.